— Моя сестра?! — Что еще задумала Виктория? — Вы должны уйти. Немедленно.

— Нет. Я останусь здесь.

Стивен сжал кулаки. Упрямица! Если с ней что-то случится, он просто убьет Викторию. Убьет собственными руками. Да, судя по всему, придется отнести Хейли в дом на руках. Но сначала он должен кое-что узнать.

— Вы в положении? Поэтому и пришли сюда? Она побледнела.

— Нет, — прошептала она.

— Тогда зачем… — Он внезапно умолк.

У него промелькнула мысль, от которой кровь застыла в жилах. Реальность обрушилась на него всей своей безжалостной тяжестью. Он слишком хорошо знал эгоистическую человеческую природу, и ему пришло в голову, что Хейли отыскала его, потому что ей, как и всем людям, хотелось что-то получить от него.

Господи, какой же он глупец! Она ничем не отличается от множества аристократических искательниц счастья и титулов, следящих за каждым его шагом. Стивен в ярости сжал кулаки. Как он мог оказаться столь наивным?

Он посмотрел на нее, прищурившись:

— Вы знаете, кто я?

— Да, я знаю, что вы маркиз Гленфилд.

Казалось, голос его скрежещет, как лед.

— Так вот почему вы здесь? Вы узнали, что я богат и знатен, и решили этим воспользоваться. Что случилось? Мало зарабатываете деньжат, продавая свои рассказы, чтобы накормить все ваши голодные рты? Решили, что я должен вам пару тысяч фунтов за то, что вы спасли мне жизнь? Или, может быть, «за оказанные услуги»? — Его взгляд шарил по ней самым оскорбительным образом. — Я не привык платить за любовные милости, но вы были интересным развлечением. К сожалению, в данный момент я не при деньгах, но я велю своему управляющему заплатить вам завтра же.

Ее лицо стало белее мела.

— Как вы можете говорить мне такие ужасные вещи? — прошептала она надтреснутым голосом. — Боже мой, что же вы за человек?

Он горько усмехнулся:

— Как вы изволили сказать, я — маркиз Гленфилд. И в качестве такового не имею ни желания, ни необходимости продолжать этот разговор. Все, что связывало нас в прошлом, миновало. Предлагаю вам не забывать об этом и держаться от меня подальше.

Несколько мгновений она стояла неподвижно. Потом подняла голову, глаза ее пылали яростью.

— Господи, как же я могла так ошибиться в вас? Вы холодный, отвратительный человек. Совершенно чужой. — И она бросила на него испепеляющий взгляд, красноречиво подтвердив выражением лица свое презрение и отвращение к нему.

Внезапно Стивена охватила паника. Ее боль, ее негодование казались такими искренними. Не ошибся ли он? Он быстро протянул руку и схватил Хейли за плечо.

— Хейли, я…

Ее ладонь звучно хлестнула его по щеке. Вырвавшись из его рук, она вытерла платком место, где он к ней прикоснулся, словно желала смыть грязь.

— Как вы сказали, вы — маркиз Гленфилд. — Грудь ее вздымалась, в глазах пылала ярость. — Посему у меня нет ни желания, ни необходимости продолжать этот разговор, — швырнула она ему в лицо его же слова. — И я не желаю вас больше видеть. — Презрительный взгляд, которым она обожгла его, мог бы устроить лесной пожар. — Предлагаю вам не забывать об этом и держаться от меня подальше.

С этими словами она резко повернулась и бросилась прочь, крепко сжав кулаки.

На его лице горел отпечаток ее ладони, но эта боль не шла ни в какое сравнение с той, что сжала его сердце. Мир поблек от сознания, что он совершил страшную, непоправимую ошибку. Проведя в Лондоне всего две недели, окруженный лживым светом, он забыл, что на свете есть люди, подобные Хейли.

Она смотрела с презрением и ненавистью.