Глава 81

Лена Рей была научным сотрудником лаборатории нейролингвистики Парижского национального научно-исследовательского центра. Лет сорока, она выглядела веселой и энергичной. Я сразу же понял, что она старая знакомая Лувеля и в прошлом они, возможно, были не только друзьями. Они горячо расцеловались, словно давно не виделись, потом она села рядом с нами за большой стол для собраний.

Лувель представил ее остальным. Она пожала руку Баджи, потом мне.

— Привет, Лена! — крикнула Люси из своего стойла.

Исследовательница привстала и заметила за дверью девушку.

— Так вот ты где! Привет, детка! Могла бы выйти поцеловать меня!

— Извини, некогда…

Лена Рей покачала головой.

— Вы оба просто невыносимы, — сказала она, снова усаживаясь рядом с Дамьеном. — Вечно вам некогда!

Улыбчивая, с приветливым взглядом — было в ней что-то и от хиппи, и от настоящего ученого, увлеченного своим делом. Румяная, подвижная, в маленьких позолоченных очках, с короткими темными волосами, Лена напоминала учительницу математики семидесятых годов.

— Ладно, приятель, у тебя должны быть чертовски веские причины, чтобы вызвать меня в такое время. У меня двое ребятишек, которые встают ни свет ни заря, да и в лаборатории дел невпроворот.

— Поверь, Лена, я не побеспокоил бы тебя из-за пустяков. Выпьешь что-нибудь?

— Нет, я хочу, чтобы ты мне объяснил, почему я приехала к тебе посреди ночи, да еще в будний день.

— О'кей. Тогда выкладывай все, что ты знаешь о СМТ.

— О чем, о чем?

Малообещающее начало.

— О транскраниальной магнитной стимуляции.

— А! Ты имел в виду ТМС! Извини, я привыкла к английскому термину. Transcranial Magnetic Stimulation, — выговорила она с безупречным произношением.

Лувель возвел глаза к потолку:

— Ладно, пусть будут ТМС, если тебе так нравится. Расскажи нам о ТМС.

— Что именно тебе рассказать?

— Все.

— И только-то? Все, как обычно! Ладно, раз так, выпью пару глотков — чувствую, ночь будет длинной.

Лувель улыбнулся и налил нам виски.

— Итак, — начала Лена лекторским тоном, — вкратце принцип ТМС состоит в создании посредством электромагнита местного магнитного поля, которое проходит через череп и изменяет электрическую активность коры головного мозга, как правило на глубине двух-трех сантиметров.

— Да. Именно так нам и сказала Люси. Но признаться, верится с трудом. Бред какой-то!

Лена пожала плечами:

— Да ладно тебе! Не преувеличивай! ТМС вот уже лет двадцать широко применяется в научных исследованиях в области нейробиологии. Представь себе, я регулярно прибегаю к этой методике в своих исследованиях по нейролингвистике.

— Ах вот как? Ты копаешься в человеческих мозгах?

— Ну да… То есть, разумеется, речь идет о добровольцах.

Я заметил невольную реакцию Баджи и Лувеля. Слово «доброволец» для всех нас имело особый смысл, которого исследовательница понять не могла.

— Вообще-то в этой области мы пока делаем первые робкие шаги. Неизбежные предосторожности замедляют развитие, поскольку тут встают серьезные этические проблемы. И все же это многообещающая методика.

— А где она применяется?

— В разных областях. Многие исследователи начали использовать ТМС для изучения восприятия, внимания, речи, сознания… Кроме того, были разработаны методики, применяемые при лечении моторных дисфункций, а также эпилепсии, депрессии, тревожных состояний и шизофрении…

Я снова почувствовал на себе взгляд Лувеля.