— Да захлопни ты пасть и спи! Сам бормочешь не замолкая, и другим не даёшь! — отозвался кто-то ещё.

Да, выходит, людей здесь много. Около десятка плюс-минус. Пока непонятно, хорошо это или плохо, однако одно очевидно как белый день: разбираться кардиналы не стали. Нас попросту затолкали в камеру, и на этом всё.

— Хлюп, ты где? — тихонько позвал я приятеля.

— Да здесь я, — прозвучал его голос совсем рядом, откуда-то сверху. — Верхнюю шконку занял, прямо над твоей.

— Сколько нас здесь?

— В смысле —человек или по времени держат?

— Можно и то, и другое.

— Восемь человек в камере. Сидим уже минут двадцать.

— Спрашивали чего?

— Пока нет. Привели, в камеры растолкали, и на этом всё.

— Да кому вы сдались, время на вас ещё тратить! — снова отозвался всё тот же ворчун. — Забудьте о справедливом суде. Завтра поутрупогрузят в машину и вышвырнут за границу.

— Но ведь мы ни в чём не виноваты, — тихо произнёс я. — Случайно под замес попали.

— Ага, как и все остальные, ха-ха-ха. Я вам ещё раз говорю: заткнитесь и спите, пока есть возможность. Завтра все будем заняты выживанием.

— Шпал, у тебя как, связь есть?

— Нет, только помехи. Видимо, они здесь все каналы глушат.

— А вы чего ждали? — Ворчун всё никак не успокаивался. — Вы в тюрьме, а не на курорте.

— Блин, только нам фартить начало… — с придыханием пробормотал Хлюпа. — Вот вечно у меня всё так, через одно место.

— Чувак, жизнь — боль! В твоём-то возрасте пора бы уже к этому привыкнуть.

— Ты вроде спать собирался⁈ — вернул ворчуну приятель.

— Да с вами разве уснёшь теперь?

— Кажется, я смогнайти канал для связи. Медленный, но на текстовое сообщение хватит, — вдруг выдал Шпала.

— О, да у нас тут никак хакер затесался? — оживился ворчун. — Так что же ты тогда со шваброй в руках прыгаешь, если такой умный⁈

— Сам такой, — обиженным голосом огрызнулся гигант. — И не твоё дело вообще! Чем хочу, тем и занимаюсь.

— Да тихо вы, — осадил спорящих я. — Шпал, попробуй адвоката нанять. Сможешь?

— Да вы ещё и мажоры⁈

— А ты чужие деньги не считай, — теперь уже Хлюпа закусился с соседом.

Я не лез, потому как разговаривать было больно. Каждое слово набатом отдавалось в мозгах, и меня начинало тошнить. Судя по возне рядом, Шпала как раз убирал то, что вылетело из меня в первый раз, так что добавлять будет как минимум некрасиво. А я-то ещё думаю,почему из-за моейвыходкиникто не возмутился?

— Не помогут вам адвокаты, можете даже время не тратить, — уверенно заявил ворчун. — Их к нам даже на пушечный выстрел не подпустят. Да и они сами врядли в это дерьмо полезут. Защищать предателей — дело неблагодарное.

— Мы не такие, — снова вступил в перепалку Хлюпа.