Одно из бронзовых колес заняло нужное положение, и магистр, удовлетворенно хмыкнув, принялся с натугой вращать следующее. Бронза поддавалась с трудом, но Борох не желал призвать на помощь молодого и полного сил рыцаря — то ли просто не подумал об этом, то ли не желал, чтобы парень знал, как открыть огромный сейф.

— Шансов выдержать подобный удар у нас немного. — Голос Магистра, несмотря на старческое дребезжание, был совершенно спокойным, как будто бы вещал он не более чем о погоде или еще о чем‑то не слишком важном. — Но есть способ… изменить ситуацию в нашу пользу. И этот способ — Арделлский Триумвират. Великий Магистр располагает какими‑то документами… признаться, я не знаю, что в них содержится, но Его Святейшество уверен — стоит Триумвирату хотя бы взглянуть на эти бумаги, и спустя час‑другой войска Арделлы двинутся на Кейту, чтобы сжечь ее дотла.

— Я… Великий Магистр решил доверить мне…

— Доставить документы? Нет, если ты именно это имел в виду. Прости, сынок, но эту миссию исполнит другой брат. Но суть в том, что путь в Арделлу долог, слишком долог, и мы… — еще одно колесо встало на место. — Мы не можем ждать.

Шенк молчал, не зная, что сказать.

— Святая Сикста, в мудрости своей указавшая всем нам путь к Свету, всегда говорила, что магия является злом во всех своих проявлениях. Кроме Знаков… хотя мне всегда думалось, что Знаки не так уж и отличаются от магии. М‑да… итак, магия — зло, сей постулат никогда не оспаривался за последние века… даже тысячелетия. Но Сикста говорила и иное… этой фразы ты не найдешь в собраниях ее изречений. Вслушайся в ее слова, Легран… «Бывают времена, когда всех сил Света не хватает, чтобы справиться с Тьмой. Тогда — и только тогда — Свет может призвать на службу себе иные силы… пусть даже рожденные самой Тьмой. Ради большой цели будь готов поступиться малым. Ради цели великой будь готов поступиться большим».

— Я… я не понимаю, учитель.

— Скоро поймешь. — Борох остановил вращение третьего колеса.

Внутри бронзовой плиты что‑то глухо звякнуло, послышался пронзительный, вызывающий боль в ушах скрип, а затем огромная дверца шевельнулась и начала медленно отходить в сторону. Шенк замер, напряженно вглядываясь в сумрак, ожидая, что в тайном хранилище окажутся… что? Живой демон? Не утратившие магической силы чудесные доспехи Ши‑Латара? «Меч‑рассекаю‑все» из детских сказок?

Сейф был почти пуст… лишь на дне его лежали книги — не более десятка. Очень старые, местами сильно пострадавшие от времени, они притягивали взгляд, заставляя дыхание замирать, а сердце, наоборот, биться все сильнее и сильнее. Фолианты, переплетенные в пятнистую кожу, стянутые золотыми пряжками, были настоящей драгоценностью — но в библиотеке Ордена были и более богато украшенные книги. Судя по тому, что эти хранились в тайнике, ценность их заключалась отнюдь не в золоте и самоцветах.

— Помнишь тот зимний вечер, когда ты пришел ко мне, чтобы задать целую кучу вопросов?

— Таких вечеров было немало, учитель… — усмехнулся темплар. Улыбка вышла невеселой, на душе скребли кошки, и вдруг отчаянно захотелось оказаться где‑нибудь за тысячи лиг от Сайлы. Догадаться о том, что поручение Великого Магистра станет для него, мягко сказать, неприятным, было не так уж и сложно. Ясно было и то, что магистр хочет оттянуть момент окончательных объяснений, а потому Шенк решил его не торопить.