— Строганов, действуй, мля, чего застыл! — заорал он.

Встряхнувший, я щелкнул пальцами. Ну да, клише, приходится держать марку. Земля под големом разверзлась, и мерзкая конструкция рухнула вниз, увлекая за собой Меньшикова. Пришлось кастовать на себя выученную у Фельги сверхсилу и хватать гиганта за шкирятник. Мы играли в перетягивание хрена с минуту, пока в заклинании Петрова не кончился заряд и голем не осыпался трухой.

Мое уважение портному МДАМ! Форма хоть и затрещала, но не порвалась, позволив мне вытащить Меньшикова и сомкнуть каменную челюсть.

Родовое заклятье (а что это еще могло быть?) выжрало у второкурсника всю энергию, и он без сил повалился на землю. Оставшиеся на ногах поспешно сдались.

— Добивайте, — строго приказал нам ППшка.

— Зачем? Они же сдались. — Меньшиков и Романов тоже не спешили выполнять указание препода, походу просто выдохлись.

— На войне нет места жалости и обсуждениям приказов, Строганов. Я прощу тебя только из-за юности и неопытности.

— Мы не на войне, иначе я бы действительно добил вас утром, — спокойно ответил и махнул рукой. Выпущенные сюррикены отрубили оставшимся на ногах ученикам головы.

— Ты что, с ума сошел⁈ — не своим голосом заорал Радзивилл.

— Я всего лишь выполнил ваш приказ и добил их, — закатил я глаза. — Определитесь уже!

Глава 5

«Шняга шняжная»

Приладив головы на место, скастовал регенерацию. Под действием уника раны затянулись в мгновение ока. Вопреки здравому смыслу (хотя какой здравый смысл может быть в мире, в котором существует магия) студенты снова задышали, на месте порезов даже шрамов не осталось, все продлилось меньше минуты.

Дуэльный купол посветлел, открывая нас ничего не понимающим зрителям. ППшка, что характерно, ничего не сказал, но на его лице сменилась буря эмоций. Сначала возмущение, потом изумление, и в конце концов лицо преподавателя стало задумчивым. Моя демонстрация явно сильно подействовала на него. Но эта заминка длилась не более минуты, после чего он вновь вернул себе невозмутимость и пинками погнал второкурсников в больничное крыло.

— Завтра сообщу тебе номер своей комнаты! Не забудь прихватить ершик! — крикнул вслед Петрову.

Пускай помучается. Я не собирался использовать его в качестве реального чистильщика туалетов, глупо и неэффективно, лучше потом завербую в свою будущую корпорацию.

— Все отдохнули? — Пышка упорно делала вид, что ничего не произошло. Выходило это у нее плохо. Я несколько раз ловил на себе ее слегка испуганный взгляд. Она захлопала в ладоши, созывая весь наш поток. — За мной! Пора заселить вас в общежития!

Дружный ропот лучше всего выражал отношение собравшихся аристократов к идее проживания в коммуналке. По имперским квотам поступало в МДАМ не больше десятка простолюдинов в год, не считая героев войны (выжившим полагались обширные льготы). Остальные привыкли жить в роскоши и неге и никак не могли смириться с необходимостью даунгрейда.

Не помогла и экскурсия по обеим общагам. Та, что попроще, напомнила мне неплохой отель, совмещенный с универом.