Панкратов обшарил Димины карманы, достал документы, бумажник, визитки.

— Тох, он чистый.

— Это дело поправимое, — заметил Лемехов. — Поворачивайся, Дима. Поговорим.

— О чем? — Дима повернулся, собрался опустить руки, но Лемехов качнул стволом пистолета.

— Ты руки-то подержи, а то мы ненароком разнервничаемся, стрельнем еще. Катя где? — серьезнея, спросил он, глядя Диме в глаза.

— В палате, — мотнул головой Дима.

— Что с ней?

— Все нормально. Сейчас выйдет.

— Я тебя не про это спрашиваю, — окрысился оперативник. — Что произошло утром?

— Какие-то люди заставили Катю сесть к ним в машину, отвезли за город, оглушили и бросили на шоссе.

— Что за люди?

— Понятия не имею, — покачал головой Дима.

— Врешь, — усмехнулся Лемехов. — По глазам вижу, что врешь. Ладно, оставим на потом. За что Ляпу работнули?

— Спросите тех, кто работнул. Я не при делах.

— Опять врешь. Чего ж ты врешь-то все время?

Лемехов ударил Диму под дых. Профессионально ударил. Тот не успел уклониться, а руки опустить не мог. Упал на колени, ловя ртом воздух. Лемехов присел на корточки, пригнулся, заглядывая в лицо.

— Имей в виду, Дима, старшим врать нехорошо. Некрасиво. Гриша, — он выпрямился. — Отвези-ка этого кренделя к нам.

— Нет проблем, Тох. Повернись-ка. — Панкратов ухватил Диму за воротник пиджака, вздернул, одновременно разворачивая спиной, ловко защелкнул на запястьях наручники. — Вот так. Мне спокойнее, да и тебе на пользу пойдет.

Снова развернул, припечатал спиной к стене.

— И знаешь еще чего, Гриша, — глядя Диме в глаза, добавил Лемехов. — Посмотри, может, у парня наркота в кармане отыщется. Немного, лет на восемь общего.

— Конечно, отыщется, если надо, — согласился Панкратов.

— Только ты уж постарайся, чтобы всё как положено. Понятых, протокол об изъятии.

— А как же, — подмигнул Диме Панкратов. — Все сделаем.

— И смотри там, чтобы Гриня не знал, — предупредил Лемехов. — А-то опять начнутся старые песни о главном.

— Хорошо, — Панкратов мотнул головой в сторону лестницы. — Ну что, Дима, пойдем, что ль?

— Вы бы отпустили меня, Антон, — попросил Дима почти смиренно. — Все равно ведь придется.

Лемехов засмеялся негромко.

— Гриша, ты видал? Молодец, пацан. Фасон четко держит.

Панкратов тряхнул Диму за плечо.

— Пошли, пошли. Раньше сядешь, раньше выйдешь.

Лемехов проводил их взглядом, дернул дверь отделения, вошел в холл.

— Здорово, бандиты, — гаркнул он.

— Куда? — двинулся ему навстречу один из охранников.

— Чего кудахчешь-то? — весело спросил Лемехов.

Он умел обращаться с «быками» вроде этих, никакой неприязни к ним не испытывал и потому чувствовал себя в своей тарелке.

— Куда, я спрашиваю? — охранник положил широченную ладонь ему на плечо.

— Ну ты чего бузишь-то?

Лемехов легко, играючи, положил свою ладонь поверх его, сжал, повернулся слегка, выворачивая «бычку» кисть, заставляя локтевые связки натянуться, а затем ударил свободной рукой охранника точнехонько в локтевой сустав.