— Граф поручил тебе вести дела со школой для девочек? — скептически ухмыльнулся Тристан. — Именно с этой школой?

— Думаю, у меня достаточно опыта.

Тристан умолк, глядя, как Грей разворачивает письмо, написанное убористым почерком на трех страницах.

— Вот это ответ!

— Спор об арендной плате? Так я и поверила! — В комнате появилась Элис. На ее губах блуждала лукавая улыбка. — Я тебя раскусила, Уиклифф. Ты привез всех нас сюда, чтобы завести платоническую интрижку с какой-нибудь хорошенькой воспитанницей академии. — Она выхватила письмо из рук Грейдона, не дав ему прочесть ни слова. — Сейчас посмотрим.

В Лондоне она никогда не позволила бы себе такую выходку. Отчаяние, вызванное поведением Грея, видимо, взяло верх над ее весьма ограниченным запасом благоразумия.

— Мисс Босуэлл. — От гнева голос Грея прозвучал на пол-октавы ниже. — Я не припоминаю, что просил вас читать мою частную переписку. Если вам необходимо развлечься — в вашем распоряжении библиотека, где имеется множество книг, в том числе прекрасной поэзии.

— Просто мне скучно, Грей, — заныла Элис, но письмо отдала.

— По-моему, герцог реагирует слишком болезненно, — вкрадчивым голосом произнесла появившаяся на пороге Сильвия. — Ты не находишь, кузен?

Грейдон мысленно выругался: вслед за Сильвией в кабинет вошел Бламтон. Все они, включая Тристана, внимательно смотрели на него. Черт, как назло, ведь он хотел прочитать это проклятое письмо без свидетелей. Вздохнув, Грей сложил листки и небрежно бросил их на стол, поверх бухгалтерских книг.

— Смотреть на вас противно. — Потянувшись, он встал. — Я иду на рыбалку. Кто со мной?

— Рыбалка? Отлично! А, Сильвия? — Бламтон сжал руку Сильвии.

— Тебе придется быть моим учителем, Грей. — Элис снова была само очарование. — Я слышала, что виконтесса Лидс часто ловит рыбу. Она говорит, что это элегантный вид спорта.

— Я ничего не знаю о… — хмуро начал Бламтон.

— «Ваша светлость, — медленно начал Тристан, прервав Чарлза. — Из нашего недавнего разговора мне стало ясно, что вы немного заблуждаетесь относительно программы Академии мисс Гренвилл. Мне доставит удовольствие развеять ваши заблуждения».

Грейдон замер, проклиная в душе Тристана Кэрроуэя и всех его предков до пятого колена. Письмо наверняка будет оскорбительным, и именно поэтому он хотел прочесть его наедине, чтобы никто ему не мешал.

— Довольно, Тристан, — грозно отчеканил он.

— Как интересно, — заявила Сильвия, садясь в кресло. — Пожалуйста, продолжайте, лорд Дэр.

Тристан откашлялся и, мельком взглянув на Грея, снова вернулся к письму. Любовь к пикантным ситуациям явно перевесила его естественную озабоченность тем, что он может поплатиться за непослушание.

— «Вы были правы, утверждая, что академия учит тому, что принято называть добродетелями: элегантности, скромности, хорошим манерам, вежливости, умению одеваться и следить за модой. Благовоспитанная леди должна обладать всеми этими качествами, и поэтому было бы неразумно не включать их в нашу программу».

— Держу пари, мисс Гренвилл — старая дева, — заявила Элис.

— По всей видимости, — промямлил Грей. — Трис…

— Дальше еще интереснее. «Насколько мне помнится, вы полагаете, что единственная задача академии — готовить жен». Она трижды подчеркнула слово «жен», — пояснил Тристан.