Экран мигнул и погас. Бишар оборвал связь. Леночка откинулась на спинку кресла и охарактеризовала ситуацию несколькими грубыми, но очень уместными словами. Затем разблокировала шлем подруги и откинула лицевой щиток.

— А что мы сейчас будем делать? — все с тем же, уже набившем оскомину равнодушием поинтересовалась капитан.

— Надо подумать… — пробормотала Лена. — Через минуту с площадки АА-4 стартует корабль с одним очень, очень плохим человеком. Этот человек — преступник. Он совершил массу преступлений в прошлом и настоящем, и если сумеет скрыться, немало совершит и в будущем. Мне кажется, тебе стоит подумать, как его остановить.

Катя молчала. Сейчас ее сознание работало практически под программой. Она безусловно, всецело доверяла собеседнице и ее мнению, верила в ее правоту, и в то, что слова Елены Градовой истина, не нуждающаяся в доказательствах. Преступник? Да, действительно, преступника надо остановить… это правильно.

Ее руки легли на сенсоры контрольного пункта. Сердце Леночки похолодело — кажется, с советами она порядком переборщила, и теперь капитан Шелест, не ведая сомнений, явно намерена поднять корабль с резервной площадки, напрочь игнорируя местные законы, тем самым создавая невообразимое количество проблем и диспетчерам «Талера-Галакто», и в перспективе Шеденбергу и «Скайгард» в целом. Она могла остановить подругу-капитана парой слов.

Но не стала. Взвыли импеллеры, принимая на себя огромную массу штурмовика, спустя несколько секунд реакция диспетчерской службы вызывала уважение — заверещал сигнал входящего сообщения.

Лена спокойно включила связь. На экране появилось лицо молодого парня, судя по выражению — взбешенного.

— «Маргаритка», вы что, с ума сошли? Немедленно заглушите двигатели!!!

— Говорит борт 812 «Маргаритка», действую в рамках полномочий патруля «Скайгард». — Она знала, что за эти ее слова Шеденбергу придется расплачиваться долго и мучительно. — Преследую преступника. Прошу передать яхте «Сирена» приказ вернуться в порт.

— Какие, на хрен, полномочия! Какой, твою мать, преступник! У меня на подходе двенадцать кораблей. «Маргаритка», глушите свои гребаные импеллеры, или я отдам приказ системам безопасности сбить ваше корыто!

— Не отдашь, — улыбнулась Лена. — «Скайгард» подчиняется Флоту, можете потом жалобу подать. А сейчас делай, что я сказала.

— Что делать, сука? «Сирену» вернуть? Ты хоть понимаешь, что полетное расписание выверено по секундам? Если яхта хотя бы замедлит полет в ближайшие пять минут, она столкнется с лайнером А12 «Миссури».

— В таком случае расчисти нам дорогу!

Лена прервала связь и бросила взгляд на экраны. «Маргаритка» уже висела в воздухе, плавя бетон выхлопами работающих на полную мощность импеллеров. Вот площадка начала отдаляться, все быстрее и быстрее. Руки Кати уверенно порхали по пульту, капитан не сомневалась в своей правоте и вела штурмовик к стремительно удаляющейся цели. «Лагуны» не отличались скоростными качествами, но штурмовик имел мало шансов догнать яхту до того, как она покинет атмосферу и сможет активировать ГР-привод. Надеяться следовало лишь на разницу в курсах — яхта движется по четко определенной, оптимальной, но далеко не самой короткой траектории. А «Маргаритка» уже нарушила столько законов, что одним больше, одним меньше…

Вероятно, Катя тоже поняла, что преследуемый корабль уходит. Ее пальцы пробежали по сенсорам боевой панели, активируя ракетное вооружение штурмовика.

— Ты что делаешь? Не смей!

Неправильный тон… не те слова! Мозг капитана был запрограммирован принимать советы и рекомендации, но не категоричные приказы.