— Я буду с тобой. Я не оставлю тебя одну до тех пор, пока ты не узнаешь, кто твой преследователь.

— Я знаю.

Он всегда выполняет обещания. Эта мысль должна была подбодрить ее, но почему-то этого не произошло.

Очевидно потому, что в их отношениях присутствует нечто большее, чем просто доверие друг к другу. В начале их знакомства Хингис был для нее просто специалистом по охране, телохранителем, который мог остаться рядом с ней для защиты, пока ее отец будет работать на другом конце Земли. Но теперь их отношения изменились — незаметно, исподволь, так меняется пейзаж за день, по мере того как солнце движется с востока на запад, освещая одни участки и затеняя другие. Их отношения вроде бы остались внешне прежними, но внутренне они были уже совершенно другие. И Алекс для нее уже не просто телохранитель.

Все чаще и чаще она смотрела на него как на весьма привлекательного мужчину, и это беспокоило ее. С самого начала Стефани влекло к Хингису так, что тело ее покрывалось мурашками и сердце чуть не выскакивало из груди, когда он входил в комнату. А сейчас хватило одного прикосновения его руки, чтобы в ней проснулось желание, да такое, что ни о чем ином она не могла и думать.

— Я знаю, — повторила, слабо улыбнувшись, Стефани. — И… благодарна тебе.

— Не стоит. Слушай, а что, если мы на денек выберемся отсюда? Тебе, должно быть, смертельно надоело все время торчать здесь?

— Да нет, все в порядке… — Девушка опустила лицо, чтобы скрыть разочарование.

Алекс не испытывает тех же чувств, что она, это до боли ясно. Даже когда она, почти обнаженная, сидит перед ним в бикини, он смотрит ей только в глаза, а единственный намек, что он заметил ее полуобнаженное тело, — это его просьба не обгореть на солнце. От такого явного невнимания к ее особе на душе стало горько.

— Но разве тебе не хочется хотя бы ненадолго сменить обстановку? Почему бы нам не съездить в Джонстаун? Я гарантирую твою безопасность, — добавил Алекс, заметив испуганный взгляд Стефани.

Но ее волновало совсем не это. В данный момент ее беспокоило, сможет ли она целый день находиться в его обществе.

— А как же твои драгоценные лошади?

Выйдя недавно из добровольной изоляции в спальне, Стефани с удивлением обнаружила, что Хингис здесь содержит коневодческий завод. Влюбленный в свое дело, Алекс даже провел для нее маленькую экскурсию, показав своих красавцев скакунов.

— Не волнуйся. У меня превосходный менеджер, получающий хорошие деньги. Ну же, Стефи, давай, соглашайся! Пообедаем где-нибудь, я знаю несколько отличных ресторанчиков.

— Ну хорошо, — нехотя согласилась она и была вознаграждена чарующей улыбкой на лице Алекса.

От его улыбки голова девушки уже привычно пошла кругом.

— Превосходно! Почему бы тебе не пойти и не одеться понаряднее, да и я должен переодеться. Мы встретимся у машины, ну, скажем, через двадцать минут.

Двадцать минут спустя, полностью преображенная, Стефани спускалась по лестнице. Ее выгоревшие за неделю волосы, слегка завитые на концах, пышной светлой гривой падали на плечи. Девушка слегка подрумянила щеки, чтобы подчеркнуть загар, подвела большие глаза, оттенила светло-розовой помадой полноту губ. Ее лицо стало безупречным во всех отношениях.

Ее фигурку облегало легкое голубое платье с большим вырезом, которое прекрасно гармонировало с цветом глаз. Ноги уже достаточно загорели, чтобы расстаться с колготками, поэтому на босые ноги она надела кожаные сандалии.

— Итак? — обратилась она к стоящему в холле Алексу. — Что скажешь?

Стефани сделала перед ним пируэт, отчего волосы светлыми локонами разлетелись в стороны, а платье колоколом поднялось выше колен.