— Хорошо, ты прав. Мне нужна ёлка. — Танзи ткнула в него пальцем. — Но тебе придётся принимать участие в процессе выбора. Если мы собираемся праздновать Рождество вместе, это будет праздник равных возможностей. То есть мы вместе переживаем и хорошее, и плохое. А теперь расскажи мне, что происходит. Ведь ты намеревался поговорить со мной именно об этом, разве не так? О Соуле-М8?

— Я собирался рассказать тебе, когда ты спустилась вниз. Но затем нагрянула Миллисент, а при ней я не хотел ничего говорить.

Танзи смягчилась.

— Но это было ещё до того, как ты открыл электронную почту, сразу после того, как мы…

Райли сбавил скорость и подъехал к следующей стоянке. Припарковал свой джип лобовым стеклом к дороге и единственному въезду на парковку, чтобы хорошо просматривались все приезжающие и отъезжающие машины. Райли посмотрел на Танзи и встретился с ней глазами.

— Пока мы были в постели или в душе, кто-то бросил записку в щель для писем в твоей двери.

У Танзи перехватило дыхание, затем она выругалась.

— В мой, чёрт возьми, дом? Он что-то бросил в мой дом?

Райли был даже рад, что она разозлилась, а не ужаснулась известию. Теперь она наверняка насторожится. Райли не стал утруждать себя нудными фразами типа «Ну, что я тебе говорил.». Какой смысл без конца напоминать о мерах безопасности, которые она упрямо отказывается принять? Достаточно увидеть выражение её лица — этим уже всё сказано.

— Я ещё не открывал это послание, но почерк на конверте точь-в-точь такой же, как и на записке, которую подбросили во время бала. Эрни удалось получить список обслуживающего персонала на благотворительном балу. Так что теперь они у нас, можно сказать, в кармане. Список приглашённых лиц у нас тоже есть, и ничто не мешает сравнить оба этих списка со списком персонала «Фишнет». Но мне нужны отпечатки с новой записки. Oн взглянул на Танзи и добавил: — И с фигурки. А ещё нам невероятие повезёт, если мы получим образец почерка Мартина. Теперь у нас хватит улик, чтобы провести сопоставление.

Но Танзи слушала его лишь вполуха. Она растирала руки, и хотя день был довольно промозглый и в воздухе после дождя висела сырость, Райли понимал: ей зябко вовсе не из-за погоды.

— Иди ко мне. — Наплевать, что в эти мгновения кто-то мог наблюдать за ними. Он притянул Танзи к себе, мысленно проклиная громоздкую консоль между сиденьями которая разделяла их, и погладил Танзи по щеке. — Мы сейчас поедем к тебе, заберём списки и карточку. Ты сможешь забрать кое-какие вещи и свой ноутбук. А потом решай сама. Либо мы вернёмся в дом к тётушке, либо поедем ко мне. Как захочешь. И там, и там есть системы внешнего наблюдения.

Танзи в замешательстве уставилась на него: — Ну, я…

— Только, пожалуйста, не спорь со мной. Она посмотрела ему в глаза и кивнула:

— Хорошо. В любом случае сегодня вечером нужно ехать к Миллисент. Кроме того, я не хочу, чтобы ты часами торчал, под дождём в машине.

— Ты не посмеешь меня выставить. Особенно после того, что между нами было. — Произнеся эти слова, Райлн не мог обуздать свою фантазию, мысленно рисуя их с Танзи в постели. — Понимаю, тебе не хочется зря тревожить тётушку. Поэтому предлагаю сначала поехать ко мне, разобраться с карточкой и фигуркой. Ещё мне нужно сделать несколько телефонных звонков. После чего мы поедем в «Большой Харри» и поможем Миллисент передвинуть мебель.