— А Мартин знает о празднике? Во время таких мероприятий мужчины норовят улизнуть куда-нибудь с глаз по-дальше, например, во двор.

Танзи улыбнулась:

— Нет. Я не стала сообщать ему, с какой целью мы встречаемся в доме Миллисент. Пусть Мартин думает, что это деловая встреча. Или что я переехала туда на праздники.

— Ты уже решила, о чём вы будете говорить?

— Пока нет, но что-нибудь придумаю.

Райли улыбнулся, затем пожал ей руку.

— Спасибо тебе. За то, что помогаешь мне. Понимаю, тебе нелегко. Ведь Мартин тебе небезразличен.

Райли наклонился и поцеловал Танзи — в присутствии Рины, Финна и так называемых произведений искусства, хотя скорее всего никто не обратил на это ни малейшего внимания.

И где-то между Сан-Франциско и Пасификой ему пришло в голову, что он сам произведёт фурор на ужине в обществе Финна и женщины, которая — у него были на сей счёт сильные подозрения — вот-вот станет его мачехой. Если, конечно, отец не опередит его.

Неужели крошечному человечку нужна вся эта куча вещей? И тут я подумала, что мы в принципе равнодушны к вещам до тех пор, пока нам не станут впору наши первые туфли на высоких каблуках.

22

Стоило Танзи переступить порог комнаты, которая когда-то была парадной гостиной Миллисент, как она застыла на месте от изумления. Да, следовало внимательнее прислушаться к взбудораженной болтовне Сью в тот вечер, когда пару дней назад они приехали сюда, чтобы передвинуть мебель. Тогда бы восьмифутовая Матушка Гусыня и Старушка, что жила в домике-туфле (действительно в туфле) практически в натуральную величину, не стали бы для неё таким сюрпризом.

Сью взяла Танзи и Райли под руку; глаза её сияли.

— Разве не потрясающе?

— Ещё как, — пробормотала Танзи, осматривая убранство комнаты.

На полке напротив камина танцевали три плюшевые мыши в чёрных солнцезащитных очках, каждая около трёх футов ростом.

— Дай угадаю…

— Три слепые мышки, — возбуждённо протараторила Сью. — Я подумала, что тема сказок Матушки Гусыни — как раз то, что нам надо. Насколько мне известно, Мэриел украшает детскую в таком же стиле. Но твоя тётушка опередила меня. Я говорила ей уже сотню раз, что нет никакой необходимости, но она не переставая твердила, что…

— Для меня это огромное удовольствие, дорогуша, — закончила фразу сама Миллисент, входя в гостиную. — Ах, Райли! — воскликнула она и в знак приветствия похлопала его по руке. — А ты смелый, ступаешь на территорию младенцев, будущих матерей и прочих женских дел.

И она подставила щёку для поцелуя.

Райли улыбнулся и бросил на Танзи быстрый взгляд. Та лишь подмигнула ему, и Райли запечатлел требуемый поцелуй, затем милостиво и в то же время слегка смущённо принял ответный.

— Вообще-то, — произнёс он, — я надеялся на время воспользоваться кабинетом Танзи. — Райли похлопал висящую у него на плече сумку. — Захватил с собой кое-какую работу.

Танзи знала, что ещё Райли принёс оборудование для наблюдения, чтобы вмонтировать в уже поставленные старушкой декорации. Он намеревался держать под своим зорким оком дом с прилегающим к нему участком, а также быть в курсе того, кто из гостей пришёл, а кто вышел. Танзи потребовала, чтобы мероприятие тщательно охранялось и было сверхсекретным. Разве можно допустить, чтобы у Мэриел, которой и без того сейчас несладко, возникли лишние проблемы? С виновницы торжества хватит и собственных.

Все подходы к особняку Миллисент надёжно охранялись, и если всё же произойдёт что-то подозрительное, Райли тотчас увидит это на одном из своих мониторов.