— Да-да, ещё как!

— Опустите пистолет.

Маргарет и Танзи одновременно уставились на Райли. Тот пересёк кухню и теперь держал в руках пушку, по сравнению с которой оружие Маргарет Свиндлер выглядело детской безделушкой.

Танзи тотчас подумала, что была бы безгранично счастлива провести всю свою жизнь с Райли-агнцем. Потому что в таком случае ей больше никогда не пришлось бы лицезреть его с пистолетом в руках. Или, точнее, в ситуации, когда пистолет — единственный выход.

— Ты не посмеешь, — предупредила Маргарет, нацелив на Райли свой «дерринджер».

И совершила ошибку.

Пора действовать, подумала Танзи. Им обоим ничего не стоило погибнуть под градом пуль, но нацеленный в сердце Райли пистолет переполнил чашу её терпения.

Рука с перечницей непроизвольно взмыла вверх, и Танзи метнула содержимое в глаза Маргарет. Одновременно острым каблуком четырехсотдолларовой туфли она врезала своему обидчику по ненавистным ему мужским гениталиям.

— Вот тебе, получи!

Маргарет взвыла от боли и опустила пистолет. Танзи бросилась прочь, а Свиндлер рухнула на пол, прижимая руки к своим ненужным «фамильным драгоценностям». Танзи ударилась боком о стол, что помогло ей обрести равновесие. Как раз вовремя, ибо в этот момент Райли ногой выбил из рук Маргарет «дерринджер», а саму её уложил лицом вниз на итальянский мраморный пол.

— С тобой все в порядке? — прокричал он.

— Да, — ответила Танзи, задыхаясь и держась за бок. — А ты как?

— Нормально. Набери 911!

— Уже набрала.

В дверях, держась за сердце, стояла Миллисент. Бледная и испуганная, она выглядела на все свои восемьдесят два года. Позади неё маячил Мартин.

— Боже мой, — дрожащим голосом проговорила Миллисент.

Но через мгновение волшебным образом старушка взяла себя в руки и повернулась к толпе гостей, что успела собраться в холле у неё за спиной.

— Возвращайтесь в гостиную. Все в порядке. Мартин, оцепеневший от ужаса, по-прежнему стоял как вкопанный.

— Это был выстрел? — прозвучал вопрос из толпы. Миллисент любезно взяла Мартина под руку и сопроводила его к остальным гостям.

— Пробка от шампанского, — придумала она объяснение. — Мы пьём за здоровье будущей матери! А для тех, кому спиртного нельзя, у нас есть шипучий виноградный сок. — Улыбнувшись, Миллисент жестом пригласила всех пройти в парадную гостиную. — Сейчас я принесу бокалы.

Танзи не знала, что поразило её больше — события последних пятнадцати минут или же потрясающая импровизация Миллисент. Старушка повернулась к ним, и Танзи увидела, что тётушка отнюдь не безмятежна.

— У вас точно ничего не случилось? — Она посмотрела на Райли. — Мне… Мне казалось, вы сказали, что все выяснилось.

— Да-да, — проговорила Танзи. — Я… я думала, что это Мартин.

— Мартин? Но я же говорила Райли, что он никогда…

— Это долгая история, — сказала Танзи и, спотыкаясь, подошла к Райли.

Тот, отрезав от блендера шнур, связывал им руки Маргарет.

Маргарет Свиндлер не корчилась и не стонала. Похоже, она была без сознания.

— Боюсь, я слишком сильно стукнул её головой об пол. — Однако в голосе Райли почему-то не слышалось раскаяния. — Но она будет жить. Придётся купить вам новый блендер, госпожа Харрингтон, — добавил он, обращаясь к Миллисент.

— Чепуха, — ответила старушка, входя в кухню, чтобы обнять его и Танзи.