— Наноклетки способны на что угодно. Те, что отвечают за восстановление костей, могут привести к окостенению всего тела. Клетки, создающие кровяные тела, могут превратить его в лужу на полу.

— Кажется, ты не слишком доверяешь этой технологии.

— Не доверяю. Чем чудесней кажется технология, тем больше она подвержена сбоям с катастрофическими последствиями.

Джанер внимательно наблюдал за ней. Заговорив поучительным тоном, женщина словно отдалилась от него. Он подумал о том, стоит ли ему обнять ее прямо здесь, но отказался от этой мысли. Не сказав ни слова, он оставил ее заботиться о Киче, а сам вернулся в свою каюту. Там он достал из-под койки доставленную Кичем посылку, долго рассматривал ее, прежде чем коснуться пальцами сенсорной панели на боковой стенке. Когда ничего не произошло, он лег на койку, держа футляр перед лицом.

— Почему здесь? — спросил он. Никакого ответа.

— Я могу просто выбросить этот дурацкий ящик за борт. Это не будет считаться убийством, потом что содержимое, я абсолютно уверен в этом, находится в состоянии покоя. На самом деле мне не терпится так поступить, — сказал он и сел.

— Почему не здесь? — услышал он вопрос разума.

— Могу привести несколько причин. Это — первобытный мир. Шершни должны адаптироваться, чтобы выжить здесь… Основной же причиной является то, что этот мир не контролируется Правительством, и на тебя могут разозлиться многие весьма влиятельные люди.

— Вдвое меньше, чем в мире, контролируемом Правительством, — возразил разум.

— Хорошо, позволь задать вопрос по-другому. Почему не в другом месте?

— Люди основывают колонии там, где хотят. Почему я не должен?

— На этот вопрос нет ответа, но ты не часто основываешь гнездо, не имея на то веских оснований, кроме, конечно, колонизации… Скажи, оставшийся шершень успешно поработал?

— Да.

— Поэтому ты решил перенести его генетические данные на находящуюся в этом ящике особь.

— Правильно.

— Как долго проживет эта матка?

— Так же долго, как любая другая единица. Адаптация полностью предотвращает проникновение вирусных волокон. Для этого я использовал частицу глистера — существа, которое живет здесь, не имея волокон в организме.

— Тогда какой во всем этом смысл? — спросил Джанер, взвешивая футляр на ладони.

— Если ты бросишь футляр за борт, я заставлю другого агента доставить еще один, — предупредил разум.

— Ты не хочешь мне говорить, — сказал Джанер.

— Пока — не хочу.

— Почему у меня возникло чувство, что ты собираешься сделать то, чего делать не должен?

Разум не ответил, Джанер хмыкнул, наклонился и положил футляр на пол рядом с койкой, потом лег, закрыл глаза и попытался заснуть. Сон не приходил, и он снова открыл глаза.

— Находящийся у меня шершень обладает генетическим шаблоном для выживания. Ладно, он передает его матке, но этого недостаточно, верно? У тебя есть еще что-то?

— Ты все узнаешь — в свое время.

Джанер долго лежал и смотрел на верхнюю койку. Возможно, он пожалеет о том, что не выбросил футляр в море и не сообщил обо всем Блюстителю. Он также подумал о том, что, возможно, ИР знает гораздо больше о происходящем здесь. Он лежал и думал, а потом заснул.

Олиан Тай наблюдала с мыса за тем, как на горизонте появились три судна и встали на якорь за рифами. Она долго наблюдала за судами, зная, что у нее будет достаточно времени выйти на берег, когда она увидит спущенную шлюпку.