— Какое значение имеет время? — спросил Эбулан через лишенную разума оболочку.

Женщина улыбнулась и поправила лацканы пиджака, сделанного из человеческой кожи.

— Несомненно, я польщена твоим визитом, но пытаюсь понять, чем он вызван.

— Чисто дружеский визит. И небольшая ответная услуга.

— Прошу, входи.

Женщина развернулась и направилась в дом. За ней последовали три «болвана», потом — сам Эбулан в сопровождении двух молодых прадоров, меньше его раз в двадцать и передвигавшихся на шести длинных ногах. Эти бесполые существа сохраняли верность хозяевам, только пока оставались бесполыми. Большинство прадоров предпочитало использовать людей, а не своих собратьев, отличавшихся непредсказуемостью и меньшей преданностью, чем лишенные разума и полностью управляемые оболочки.

Расположившись в комнате, специально предназначенной для приема прадоров, женщина и Эбулан обменивались ничего не значившими фразами, пока «болваны» проверяли имение и занимали посты. Удостоверившись в том, что никто не узнал о его визите и никаких ловушек не было, советник, наконец, позволил себе опуститься на антигравитационных двигателях.

— Кое-что случилось, — сообщил он через спикера.

— Что именно?

— Рейф в конце концов вернулся на Спаттерджей. Женщина замерла и почувствовала тошноту, когда ее центральный сердечник вошел в конфликт с украденным телом.

— Ребекка, тебя это не интересует? — спросил советник.

Ребекка Фриск повернулась к хрустальным окнам и стала смотреть на бескрайние солончаки. Кич, всегда этот проклятый Кич.

— Он все еще жив, — сказала она.

— Не понимаю, что ты имеешь в виду? Фриск злобно посмотрела на него.

— Я имею в виду Кича.

— Проблематично, — заметил Эбулан и переместился на двигателях, словно почувствовал себя неловко.

Фриск, не обращая на него внимания, смотрела в окно.

— Восемь договоров с наемными убийцами и больше ста субдоговоров, и все закончились неудачей. Два договора были заключены с профессиональными батианскими наемниками. Этот ублюдок едва не узнал, что я жива, когда их убил. — Она повернулась к Эбулану. — Он знает, что случилось с Джеем?

— Это я не смог определить.

— Узнает.

5

Обладавшие способностью почувствовать вкус одной части свежего желудочного сока в миллионе частей воды, а также вооруженные самым толстым панцирем и соответствующими ему смертоносными челюстями, глистеры были наипрожорливыми хищниками и усерднейшими стервятниками в здешних морях.

Четыре глистера — самка и три ее самца — спускались из своего покрытого слизью логова под гниющими водорослями, энергично ударяя хвостами и расставив плоские ноги, как стабилизаторы. Они ощутили восхитительный запах мертвых или умирающих моллюсков, а также бешено пожиравших их турбулов — те совсем забыли об осторожности. Постоянно разраставшееся облако разбитых панцирей и кусочков плоти привлекло стайку бокси, которые приняли участие в пире, впрочем, не забывая наблюдать за окружающими водами. Заметив приближавшихся глистеров, бокси бросились наутек, но гигантские ракообразные и не собирались преследовать их. Они только заскрипели и застучали челюстями, наблюдая за извивавшимися мясистыми туловищами турбулов, пожиравших моллюсков и ничего не замечавших вокруг. Сверху спускались напоминавшие летающие тарелки приллы со смертоносными посадочными устройствами. И глистеры понимали, что должны торопиться, пока их потенциальное пиршество не превратилось в рассеянное облако закусок.

— Атолл ГСВ 1232, начинаю сканирование популяции, — сказал ПР-13.