«Не меньше пяти веков назад», — произвел несложные расчеты Кич.

— Но ты ведь не запрограммированный, верно? — продолжал капитан. — Полностью на искусственном разуме?

В этот момент к столику подошел бармен и поставил бутылку и стакан перед Спрейджем.

— За мой счет, — сказал капитан, увидев, что бармен не думает уходить.

— Пополам, — заявил Кич, когда бармен удалился.

Спрейдж, наконец, набил трубку и сунул мундштук в рот. Древняя зажигалка, которую он достал из кармана, зажглась только с пятой попытки.

— Проклятье, — пробормотал он. — Разучились делать нормальные вещи. — Он посмотрел на Кича сквозь табачный дым. — Тогда… что ты здесь делаешь?

— Ищу убийцу, но не своего.

— Кого-нибудь знакомого мне?

— Почти уверен в этом. Я ищу Джея Хупа, более известного сейчас под именем Скиннер. Ищу уже давно. Есть какие-нибудь соображения по этому поводу?

Вопрос явно привел Спрейджа в замешательство. Он запыхтел трубкой, и огонек отразился в его глазах. Кич не мог понять, чем вызван такой эффект, — глаза нормальных людей не обладали такой отражательной способностью.

— Он давно уже умер, не так ли? — уточнил капитан.

— Судя по тому, что мне удалось выяснить, его убийство не было простой задачей, и люди крайне неохотно пошли на это. Кстати, у тебя на судне не хранится ничего, относящегося к делу?

— Нет… — Спрейдж вдруг закашлялся. — Не уверен, что понял тебя, — сказал он, когда приступ прошел.

Что ж, человек его возраста должен был лучше уметь врать. Спрейдж налил себя рома в стакан и принялся пить его маленькими глотками, чтобы в горле перестало першить.

— Ты знаешь, кто я такой? — поинтересовался Кич.

— Кажется, припоминаю твое имя.

На мгновение на его лице появилось выражение озадаченности, потом он уставился на рейфа широко открытыми глазами.

— Ты… — произнес он, но больше Кич ничего не услышал.

ПАРАМЕТРЫ ФУНКЦИЙ ВНЕ ДОПУСТИМЫХ ПРЕДЕЛОВ: ПОВЫШЕНИЕ НАГРУЗКИ НАСОСА БАЛЬЗАМА НА 30%.

Предупреждение поступило от стимулятора в зрительную кору мозга и заполнило все поле зрения, кроме того, зрительное восприятие стало нечетким, а звуки — отдаленными и искаженными. Кич немедленно включил через стимулятор функцию диагностики и получил противоречивые сигналы от остановленных в его законсервированном теле датчиков. С ним происходило что-то странное: он неясно расслышал, как Спрейдж сказал что-то резким тоном, потом увидел, как тот встал и ушел.

Какая разница? Если ему предстояло впасть в состояние истинной смерти, слова не имели значения.

ПАРАМЕТРЫ ФУНКЦИЙ ВНЕ ДОПУСТИМЫХ ПРЕДЕЛОВ: ПОВЫШЕНИЕ НАГРУЗКИ НАСОСА БАЛЬЗАМА НА 38%.

Кич наклонился и открыл крышку чемодана. Он достал устройство очистки, потом, не обращая внимания на настороженные взгляды хуперов, расстегнул комбинезон и подключился. Вытяжная трубка заполнилась черным бальзамом, и лишь спустя несколько минут в тело стал поступать бальзам цвета сапфира.

«ДАВЛЕНИЕ НАСОСА — 20%», — отдал он команду. Немедленно появилось другое предупреждение.

ПАРАМЕТРЫ ФУНКЦИЙ ВНЕ ДОПУСТИМЫХ ПРЕДЕЛОВ: НОЛЬ БАЛЬЗАМА В ДАТЧИКЕ КОНЕЧНОСТИ В 23.

Кич посмотрел на устройство очистки и увидел ряд иероглифов как расплывчатую красную линию. Устройство явно старалось выполнить свою работу.

ДАТЧИК КОНЕЧНОСТИ В 23: СТРУКТУРНОЕ ОТКЛОНЕНИЕ ОТ НОРМЫ.

Какого дьявола?

ДАТЧИК КОНЕЧНОСТИ В 23: СТРУКТУРНОЕ НАРУШЕНИЕ.

Вот и все. Всегда существовала возможность того, что тело начнет разрушаться и консерванты перестанут быть такими же эффективными, какими были вначале.