|
Меня удивило и немало шокировало то, что туалет выглядел точно так, как много лет назад: граффити на двери, загадочные ожоги на стенах и, сверху, над головой, — шарики из мокрой туалетной бумаги, прилепленные к потолку в последние двадцать или тридцать лет. Но вообще изменения в школе были довольно значительными. Я заметил, что кафедра английского на третьем этаже превратилась в кафедру географии, кафедра географии на втором — в кафедру бизнеса, кафедра истории была теперь кафедрой математики, а куда исчез кабинет религии и музыки, осталось для меня загадкой. Я закончил свою экскурсию по школе у дверей кафедры рисования и решил обыскать комнату мисс Паскоу. Дверь оказалась запертой на замок, и я заглянул внутрь через окно из толстого стекла. Света в комнате было ровно столько, чтобы различить некоторые работы учеников Джинни: рисунки, бордюры и модели из папье-маше. Они были похожи на те, которые когда-то делали мы.
Уже собираясь вернуться в актовый зал, я услышал, как отворяется тяжелая дверь в главный коридор. Обернувшись на звук, я увидел Джинни. — Я получила твое сообщение, — сказала она. — Ты была дома? Она кивнула. — Я собиралась взять трубку, но… не взяла. — Так ты меня не простила? Она заглянула в комнату, которую я только что рассматривал. Было ясно, что она сейчас не хотела отвечать на этот вопрос. — Думаю, школа сильно изменилась с тех пор, как ты здесь был в последний раз. — Да, конечно. Все кафедры переехали. — Кроме кафедры рисования, — сказала она, улыбаясь. — Тебе когда-нибудь хотелось, чтобы мы все сюда вернулись? — Мы и вернулись. — Нет, я не это имела в виду. Чтобы все было как тогда, когда мы здесь учились? Хорошее было время, да? — Точно. — Она кивнула. Последовала пауза, которую нарушил только шум шагов проходивших мимо людей. Судя по всему, они, как и я, устроили экскурсию по школе. — Как ты узнала, что я здесь? — Катрина видела, что ты пошел в эту сторону. Если бы тебя не было здесь, я пошла бы в спортзал. — Я даже и не думал туда идти, — я задумался над своей следующей фразой. Хотелось покончить с этим прямо сейчас. — Как Иэн? — спросил я. — Не знаю, — ответила она. — Мы больше не встречаемся. — А что случилось? — Ты знаешь, что случилось, Мэтт. Ты случился. — Прости меня, — сказал я. — Прости меня за все. Прости, что я сделал тебе больно. Я не хотел этого. Когда я говорил тебе, что хочу быть с тобой, что хочу остаться здесь и хочу, чтобы у нас что-то получилось, я этого правда хотел. — И я тоже. — Просто когда я думал о нас, то никогда не мог понять, почему мы вместе. Нет, я не это хочу сказать. В смысле… да, нас, очевидно, влечет друг к другу. Джинни улыбнулась. — Очевидно. — Но когда бы мы ни пытались что-то начать, ничего не получалось. — Верно. — Я на самом деле думал, что в этот раз все будет по-другому. Но не знаю… Думаю, что, после того как я узнал про смерть Эллиота и все остальное, я просто начал по-другому смотреть на вещи. Я вдруг понял, что ничего не гарантировано. — Понимаю, — сказала она. — Я это почувствовала, когда умерла мама. — Получается, что я больше не хочу воспринимать ничего из того, что мне нравится в тебе, ну, как гарантированное. Но в то же время я не хочу все это испортить. Я устал бояться, Джинни. Я хочу снова попробовать с тобой. |
