Марти усмехнулась и вытащила пиццу из морозильника:

— Впрочем, твоя машина тоже лишилась заднего стекла, — она посмотрела на коробку: «Поместите в духовку, нагретую до 400 градусов».

Бейли повернула выключатель на старой печке и приоткрыла дверцу духовки, чтобы проверить, нагревается ли она:

— Вроде бы работает, — она захлопнула дверцу и оперлась на плиту бедром. — Я много думала о событиях прошлой ночи. Это выглядело так, будто кто-то не хотел, чтобы этот парень сказал нам, где искать Кина Мендосу. Поэтому его ликвидировали. Но в то же время, они не хотели причинить нам вред. Если бы это была просто беспорядочная стрельба, обе наши машины могли бы быть серьезно повреждены. Возможно, мы были бы ранены. Но на твоей машине — восемь следов от пуль. И только. Подумай об этом. Сколько выстрелов мы слышали? 30 или 40?

Марти кивнула:

— Да, примерно так.

— Значит, или они дали нам свое адское предупреждение, или эти восемь попаданий в машину были случайными. Я думаю, что кто бы ни стрелял вчера вечером, он сознательно защищал нас.

— Но кто? И почему?

— Вопрос на миллион долларов.

— А то, что было этим утром? Ты передумала? Считаешь, что это была попытка угона машины?

Бейли открыла холодильник и достала очередную бутылку пива.

— Моей хонде шесть лет. Думаешь, она действительно кому-то понадобилась настолько, что он набросился на нас с оружием?

— Не знаю. А ты как думаешь?

Бейли открутила крышечку и бросила ее в мусорку:

— Как они узнали, куда мы направляемся? Ведь я смотрела — за нами не было слежки. Значит, кто-то подстерегал двух беспомощных женщин, чтобы украсть их автомобиль, когда они приедут? — она вздернула бровь. — Или на нас стоит метка.

— Если вы собираетесь украсть автомобиль и наставляете оружие на двух беспомощных женщин, — сказала Марти. — Неужели вы будете расстреливать машину, которую хотите угнать? Чтобы привлечь к себе внимание, достаточно заговорить. Чего вы рассчитываете достигнуть, выбивая выстрелом заднее стекло?

— Может, он разозлился из-за того, что мы не остановились?

— Или ему не нужна была наша машина. Ему были нужны мы.

— А все-таки расскажи, как ты начала заниматься нераскрытыми делами? — спросила Кристен позже, когда они сидели на полу возле дивана и делили пиццу.

Марти задумалась, вспоминая все те аргументы, которые приводила своему новостному редактору, когда просила освободить ее от должности телеведущей и отправить делать реальные репортажи.

— Редактор новостей устал от моих требований отправить меня работать над сюжетами самостоятельно. Я была журналистом. Я хотела быть репортером. Я ненавидела этот ежедневный ритуал: наносить макияж, просматривать текст, который кто-то написал, и отмечать, где надо улыбнуться, а где изобразить точно отмеренную долю сочувствия, если передаешь новости о чьей-то смерти.

Она махнула рукой с куском пиццы в сторону Кристен и, придав лицу профессиональное выражение, произнесла:

— «Два тела были извлечены из автомобиля, потерпевшего аварию. Ремни безопасности не были пристегнуты. Расследование происшествия продолжается, однако полиция предполагает, что причиной катастрофы могли стать наркотики или алкоголь». — Она тут же изменила выражение лица на улыбку и изобразила, что поворачивается к другой камере:

— «А теперь — к более приятным новостям.