— Видишь ту машину? Бежевый седан.

— Да.

— Отлично. Отсчитай четыре дома вниз от того места, где она стоит. Ортис там. Мы сейчас стоим позади машины наблюдателей. Они смотрят вперед, а не назад. Таким образом, мы можем наблюдать одновременно за ними и за Ортисом.

Марти повернулась к ней лицом:

— Что же, это и есть та самая увлекательная полицейская работа?

Бейли засмеялась:

— О, да. Слежка — это скучно. Но это нам на руку. Если эти ребята находятся здесь уже несколько дней, то им действительно очень скучно. А это значит, что они будут невнимательны.

— Значит, если Ортис выйдет из дома, мы будем следовать за ним, надеясь, что он посетит какое-нибудь общественное заведение, где у нас будет шанс с ним поговорить?

— Точно. — Бейли откинулась в кресле и попыталась расслабиться. Слежка была самой нелюбимой частью ее работы. Иногда приходилось сидеть часами, день за днем, без движения. Она надеялась, что в этот раз будет иначе, но… Ортису было за семьдесят. Может быть, он выходит из дома один-два раза в неделю. Она улыбнулась, услышав вздох Марти:

— Уже надоело?

Марти засмеялась:

— По телевизору это выглядит интереснее, — она посмотрела на Крис. — Зато в нас не стреляют.

— Да, уже несколько дней. Это рекорд. — Бейли устроилась поудобнее, не выпуская бинокль из рук. — Хотела бы я тебе обещать, что стрелять в нас больше не будут. Но не могу.

— Я этого и не ожидаю. Я понимаю, что мы играем в опасные игры.

Бейли кивнула:

— Когда работаешь с наркотиками под прикрытием, то понимаешь, сколько существует по-настоящему плохих людей. Одно дело — читать об этом в газетах или видеть в новостях, и совсем другое — столкнуться с ними лицом к лицу, посмотреть им в глаза и увидеть в них зло, и понять, что они не раздумывая пустят в тебя пулю, безо всяких угрызений совести. — Она посмотрела в глаза Марти. — Это опасная игра, да. Но мне она хорошо знакома.

— Я тебе доверяю.

Бейли отвернулась:

— Ты доверяешь мне, потому что вынуждена так делать. У тебя нет выбора. Но что если у тебя бы были другие варианты, Марти? Ты бы все еще доверяла мне?

— Ты спасла мне жизнь, Крис. И не один раз. Это я втянула тебя в это дело, а не наоборот. Ты могла бы оставить меня в Галфпорте. Могла бы отправить меня домой в Атланту. — Марти сжала ее руку. — Ты беспокоишься обо мне. Я это вижу. И я тоже беспокоюсь о тебе. И точно так же хочу, чтобы ты была в безопасности. Я тебе доверяю. И ты мне поверь.

Бейли посмотрела на ее руку и ответила ей пожатием:

— Все так просто, да?

Марти слегка улыбнулась:

— Раньше я говорила, что никогда никому не доверяла, у меня просто не было возможности этому научиться. Меня передавали от семьи к семье, из дома в дом. Я никогда в жизни не испытывала полной безопасности. Я научилась распознавать ложь — например, когда люди говорят, что рады приветствовать меня в их доме, или что они позаботятся обо мне. И научилась не удивляться, когда мне сообщали, что мне пора перебираться на новое место жительства.

Марти продолжала держать Крис за руку, и та молча ожидала завершения ее мысли.

— С тобой все иначе, — продолжила она почти шепотом. — Действительно это так, или только мое воображение — я не знаю. Но я чувствую себя в безопасности рядом с тобой. Я верю твоим словам, потому что знаю, что ты говоришь искренне.

Марти отвернулась, и ее голос стал совсем тихим:

— Впервые в моей жизни, я кому-то полностью доверяю.