– Удачи!

– И тебе, – безразличным тоном отозвалась хозяйка студии. Я быстрым шагом прошла через знакомый холл, который давеча заинтересовал меня своим оригинальным убранством. Теперь же он лишь неприятно удивил нагромождением разномастной мебели, какой-то гимн воинствующей безвкусицы. Администратор за своим столиком вопросительно посмотрела на меня, но я молча прошагала мимо, не удостоив ее ни единым взглядом. Для этой двуличной наушницы у меня не нашлось на прощание ни одного доброго слова, а злыми пожеланиями я стараюсь всуе не разбрасываться. Будучи произнесены мной, они имеют свойство сбываться. Мне уже не раз довелось в этом убедиться.

По пути домой я раздумывала, кто же может охотиться за «серой бухгалтершей» и в какое, собственно, змеиное логово я, сама того не подозревая, ухитрилась влезть. У меня даже возникла подленькая мыслишка предупредить мою теперешнюю клиентку, чтобы она больше не делала заказов в студии «Экспрешен-дизайн», а заодно отсоветовала бы всем своим знакомым. Хотя почему подленькая, вполне нормальная. Порядочные люди обязаны друг друга информировать. Я в некотором роде бизнес-леди, госпожа Дементьева и подавно. Мы, добропорядочные деловые люди, должны стремиться к тому, чтобы выдавливать из своих рядов всяких там псевдовалентинзиновьевных и им подобных. Иначе и о нас в обществе будут судить по таким, как они, и отношение к нам будет соответствующее.

Интересно, кого же эта особа ухитрилась кинуть настолько, что теперь денно и нощно трясется от страха? О чем сама же откровенно и поведала. И, кстати, напрасно она решила, что я упражнялась в остроумии. Я действительно с большим удовольствием занялась бы поиском авантюристки, смывшейся с чужими деньгами. Хотя, прежде чем мечтать о новых заказах, мне следует разделаться с тем, который уже был поручен.

Едва очутившись в собственной квартире, я стянула кроссовки, швырнула в угол куртку и, забравшись на диван и поджав под себя ноги, принялась внимательно изучать раздобытый в неравном бою блокнот. Виктория Колоярцева действительно была не только талантливым дизайнером, но и художником, если судить по сделанным ею зарисовкам. Эскизы интерьеров различных стилей и направлений, гостиные, холлы, спальни, лофты были выписаны настолько рельефно, а детали обстановки прорисованы так правдоподобно, что их хотелось рассматривать, не отрываясь. И это если учесть, что рисунки были сделаны простым карандашом. Однако далеко не все рисунки представляли собой наброски будущих комнат. На одной из страниц был запечатлен профиль молодого мужчины с четко прорисованными скульптурными чертами. Возможно, Виктория делала набросок с какой-нибудь античной статуи. Может быть, пыталась представить, как подобная скульптура будет смотреться в кабинете или творческой мастерской какого-нибудь эстета. Особенно хорошо ей удалось передать красоту волнистых волос. Густые, красиво и в то же время слегка небрежно зачесанные, словно их только что чуть-чуть растрепал легкий весенний ветерок.

Однако меня интересовали не столько зарисовки, сколько записи, а если быть более точной, то номера телефонов знакомых Виктории. Действительно, кое-где на страничках мелькали небрежно записанные числа, которые, если судить по их структуре, вполне могли бы оказаться номерами чьих-нибудь телефонов. Но сейчас мне был нужен не просто чей-нибудь телефон, а вполне конкретной молодой женщины по имени Василиса.

Я принялась методично просматривать страничку за страничкой, пристально вглядываясь в каждую запись. Возле некоторых номеров значились две заглавные буквы, вероятнее всего, инициалы.