|
Когда-то он служил в итальянских ВВС, летал на истребителях. Вышел в отставку, чтобы летать на стороне Биафры во время гражданской войны в Нигерии, и не ради денег, а потому что страстно верил в их правоту. Именно после этого, заслуживавшего сожаления, эпизода его и завербовал Фергюсон. Так как его работой стала борьба с международным терроризмом, приносившая пользу его собственной стране не меньше, чем Англии, итальянская Секретная служба смотрела сквозь пальцы на его действия.
Когда Иган сошел вниз, Марко его обнял.
— Привет, Шон, рад тебя видеть, — приветствовал он Игана по-итальянски.
Иган ответил ему на правильном беглом итальянском.
— Я тоже рад тебя видеть, Марко.
Харви Грант, второй пилот «лир-джета» появился на верхней ступеньке трапа, и Марко сказал по-английски:
— Я договорился, чтобы вам с другом было разрешено пользоваться удобствами, предназначенными для летного состава на территории основного терминала. Вас там ждут. Кроме того, я договорился о дозаправке самолета.
— Прекрасно, — сказал Грант и улыбнулся Игану. — Что бы это ни было, желаю удачи. Не делайте ничего, что сделал бы я.
Марко повел Игана через бетонную площадку перед ангаром, где стояла «сессна-конквест». Они вошли в ангар, Марко отпер дверь офиса, включил свет.
— Когда пришел приказ, я глазам своим не поверил: вилла Барберы в Беллоне. — Он покачал головой. — Ну да ладно. Я позвонил приятелю из отдела по борьбе с мафией в штабе полиции, и он прислал мне вот это с полицейским мотоциклистом. Естественно, он не имеет представления, зачем мне это нужно.
«Это» было тремя аэрофотоснимками виллы Барберы, сделанными с очень небольшой высоты. Она выглядела старинной, очень традиционной. Раскинувшаяся на открытом склоне холма, вилла была окружена пальмами и сочной субтропической растительностью. Вся территория обнесена высокой стеной.
— Как видишь, подъездная дорога совершенно открыта метров на двести, по верху стены проволочное заграждение под током, электронная следящая система. Но, в противоположность всем утверждениям, собак нет. Такое впечатление, что дон Рафаэль ненавидит собак, как некоторые ненавидят кошек. Послушай, что это, Шон? Какое тебе дело до дона Рафаэля? Не сам же он, конечно, является мишенью?
— Ты говоришь так, будто он тебе нравится, — сказал Иган, изучая вторую фотографию, сделанную с большей высоты, на которой была видна не только вилла, но и кряж над ней и деревня Беллона внизу в долине.
— Я его уважаю, — объяснил Марко. — Как и большинство людей.
— А Фраскони?
Марко развел руками.
— Дерьмо по сравнению со стариком. Они несколько раз пытались его кокнуть. Ничего у них не вышло и, по моему мнению, никогда не выйдет.
— Его внука Вито убили сегодня в Лондоне.
— Матерь божья! — Марко перекрестился. — Фраскони?
— Не непосредственно. Некто, с кем у них общие деловые интересы.
— Дон взыщет за это страшную плату, — сказал Марко.
— Не сомневаюсь. Сколько лететь до Беллоны, если мы сейчас вылетим?
— Пятнадцать минут. — Марко пожал плечами. — Ну, от силы двадцать. Ночь для этого очень подходящая, полнолуние, но, Шон, ты же не собираешься прыгать на территорию? Это для меня очень трудно при пролете из-за горного хребта позади виллы.
— Твое дело меня туда доставить, это все, о чем я прошу. На пути туда находится женщина, возможно, она уже там. Агнец среди волков, Марко. — Иган усмехнулся. — Она нуждается во мне.
— Прекрасно, тогда собираемся. |