— Это что же — успокаивать ураганный ветер, укрощать смерчи, предотвращать наводнения и засухи, проверять состояние газо— и нефтепроводов, ловить падающие самолеты? — попытался сострить Игорек.

— Если ты, Игорь, покажешь на деле, что все это умеешь, — не принял Грэг его шутки, — то не сомневайся, что и это со временем станет твоей обязанностью. К моему сожалению, мы уже показали, что кое-что умеем. И теперь нам поручают расследовать причины взрыва второго тарасовского роддома.

Мы все потеряли дар речи.

— А мы-то при чем? — пробормотал Кавээн. — Мы это… людей спасаем.

— Вот чтобы некого было спасать следующий раз, — терпеливо объяснял Грэг, — мы должны найти того, кто этот взрыв устроил.

И он показал рукой на центральную часть здания, к которой подогнали подъемный кран и снимали плиты перекрытия между третьим и вторым этажами, которые держались на честном слове и в любую минуту грозили обрушиться и увеличить число жертв, прибавив к ним кого-нибудь из особо рьяных и неосторожных спасателей.

— Так они же ищут террориста… — сказала я, вспомнив разговор с Нестеровым. — Мы, значит, тоже должны его искать, параллельно с ними. Кто первый найдет, так, что ли?.. Соревноваться нам с ними, что ли, придется? А зачем нам это нужно?

— С кем с ними, Оля? — быстро спросил Грэг. — Кто собирал там спасателей и какую информацию хотел от них получить?

Я пожала плечами.

— Следователь областной прокуратуры майор Нестеров, — ответила я. — Он очень осторожно, деликатно пытался выяснить — не заметил ли кто-нибудь посторонних людей на территории роддома.

Пока я говорила, Грэг кивал головой, а потом неожиданно уточнил:

— Все так, кроме одного. Майор Нестеров уже полгода как работает в службе безопасности, а не в областной прокуратуре, руководит опергруппой, занимающейся особо важными преступлениями.

Лицо мое вытянулось.

— А зачем же тогда он столько болтал в разговоре со мной, — спросила я, — выкладывал информацию, которая у него есть?

— Думаю, он хотел тебя проверить, убедиться — какой информацией обладаешь ты… Или вообще не обладаешь… — предположил Грэг. — Ты ему что-нибудь сообщила из того, что он хотел узнать?

Я покачала головой:

— Нет. И никто из спасателей пока не сообщил, но он дал всем свои координаты… Кто-то из спасателей к нему обязательно придет и расскажет, что вспомнил… И мы не сможем этому воспрепятствовать. Не можем же мы объяснять каждому из спасателей, что Нестеров не тот, за кого себя выдает, и не нужно давать ему никакую информацию. Хотя, конечно, из наших никто ФСБ не любит.

— Мы просто не сможем этого сделать, — согласился Грэг. — У нас нет оснований просить людей не общаться с ним. А Нестеров между тем фактически добился одной из своих истинных целей — перехватил у нас столь обширный источник информации, как спасатели. Ход наглый, но очень в духе ФСБ. Нужно приготовиться к тому, что это негласное соревнование они и дальше будут продолжать в том же направлении. Их истинная цель, как я подозреваю, — не столько найти этого полумифического-полуреального террориста, столько дискредитировать наши способности к оперативно-розыскной работе. А шире — показать неспособность МЧС выступить в качестве альтернативы ФСБ. Вот так-то, дорогие мои. Не больше и не меньше.

— Едрена-матрена! — суммировал как умел, по-своему, наши общие впечатления Кавээн. — Опять нам с этими… с этими, блин…

— Саша, спокойнее! — вставил Грэг.