Чуть позже Габриэлла подошла к ней в туалетной комнате.

— Надеюсь, вам все здесь нравится, — любезно обратилась она к Флер.

— Очень, — с улыбкой ответила та.

Габриэлла удивленно выгнула брови.

— Вы — не его тип женщины. — Она как-то злобно улыбнулась. — Вы понимаете, что он использует вас?

Флер была не готова к такому открытому выпаду. Она открутила кран и подставила руки под холодную воду.

— Мои отношения с Люком никого, кроме нас, волновать не должны.

— Ошибаетесь, — жестко сказала Габриэлла. — Я говорю это, потому что вы нравитесь мне. Но если вы рассчитываете, что ваша связь — нечто большее, чем временное увлечение, то ошибаетесь, потому что я и Люк должны пожениться.

Как же мне справиться с этим, подумала Флер.

— Неужели вы думаете, что Люк стал бы выставлять напоказ любовницу перед женщиной, с которой обручен?

Красавица Габриэлла высокомерно пожала плечами.

— Вы так романтичны, что, естественно, не понимаете, как у нас заключаются браки. Это решено раз и навсегда, это дело чести для обеих семей. Кроме того, здесь завязаны большие деньги. Моим приданым станет бизнес моего дедушки. Люк уже участвует в нем, а когда мы поженимся, все будет принадлежать ему.

Флер закрыла воду.

— Звучит очень прагматично.

И с большой долей вероятности. Люк не упоминал о бизнесе, когда предложил ей этот розыгрыш. А она согласилась, не подумав, потому что поверила ему.

Мозг лихорадочно работал. Нет, решила Флер, зачем было устраивать этот маскарад, если он планировал жениться на Габриэлле и ее наследстве. Это было бы просто отвратительно.

Габриэлла подкрасила губы и улыбнулась.

— Мы прагматичный народ. Но это будет счастливый брак, никакого развода. Наших детей ожидает прекрасная жизнь. Возможно, время от времени Люк попытается ухаживать за рыжеволосыми девушками и я буду дуться на него за это. Но я всегда буду знать, что для него это ровным счетом ничего не значит. У вас нет ни единого шанса выйти за него замуж. Он — Чэпмен; его прабабушка происходит из старинной французской аристократической семьи. Он знает, где его место.

Последняя фраза была сказана таким тоном, чтобы было понятно — Люк никогда не останется рядом с неизвестной девушкой из Новой Зеландии, у которой нет ни семьи, ни денег.

Флер рассердилась, но, на ее счастье, в комнату зашла принцесса, и разговор закончился. Однако он оставил неприятный осадок, особенно когда она увидела, как Габриэлла флиртует с молодым актером. Было совсем непохоже, что она расстроена предполагаемой изменой Люка.

Во всем остальном вечер был просто волшебным. Флер огляделась вокруг. Луна триумфально освещала остров, волны со слабым шумом разбивались о риф, а в ночном воздухе витали ароматы тропиков.

Ужин сервировали на пляже, с широким ассортиментом блюд островной и континентальной кухни. После группа молодых людей из местных исполнила зажигательные национальные танцы, заразив энергией гостей. Им горячо аплодировали все присутствующие, а потом снова заиграл оркестр, и Люк протянул руку Флер.

— Тебе понравились наши танцовщики?

— Они великолепно танцевали. — Флер уверенно отдала себя в руки Люка.

— Мне показалось, ты понимаешь язык майори, — сказал Люк. — По-моему, только ты и Гай смекнули, что это было пародийное шоу. Я видел, как ты смеялась.

— Я немного понимаю этот язык. А ты говоришь на нем?

— Конечно, — удивленно ответил Люк. — Мы с сестрами росли, разговаривая на трех языках: на французском — с прабабушкой, на местном — со всеми остальными, на английском — с родителями.