С самого начала она старалась убедить себя, что за холодным, вежливым фасадом нет огня, но ей это плохо удавалось. Все дело было в том, что, как в случае с воинами и святыми, женщина не могла разжечь этот огонь в Сэме Хэтче. Он горел лишь на пользу империи, которую Сэм намеревался построить на фундаменте «Бенедикт фастенерз».

В этих своих намерениях Хэтчард пользовался полной поддержкой Винсента и всех остальных членов семьи. Он помахал перед носами Бенедиктов соблазнительной приманкой: в обмен на часть процветающего провинциального предприятия, каким была компания «Бенедикт фастенерз», он обещал им вывести ее на международную арену. Главной продукцией компании были болты и гайки. Она поставляла великое их разнообразие строительным и другим компаниям. У нее имелся потенциал, позволяющий ей превратиться в гиганта в своей отрасли, в конгломерат, способный контролировать большую часть рынка. Только и требовалось, что найти человека с предвидением и предприимчивостью.

Все в семье были убеждены, что Сэм Хэтчард именно такой человек.

Разумеется, вполне достаточно, что в этом был уверен глава фирмы, Винсент Бенедикт. А он поверил в Хэтчарда немедленно. Отношения, возникшие между этими двумя людьми, были глубокими и неизбежными. Джесси поняла это в первый же раз, когда увидела их вместе. Хэтч стал сыном, которого у Винсента никогда не было. И, следовательно, он как нельзя лучше подходил для того, чтобы расширить компанию, но в качестве мужа он, с точки зрения Джесси, не годился совершенно.

Сэму Хэтчарду было тридцать семь. Джесси решила, что пройдет еще по меньшей мере тридцать лет, прежде чем он смягчится. Она не собиралась ждать так долго. Не такая она дурочка.

Но ужасная правда, угнетавшая ее все эти дни, заключалась в том, что, хоть она и убегала от Хэтча, делала она это недостаточно быстро. Мотыльку страшно хотелось поиграть с огнем. Хэтч почувствовал ее слабинку и вовсю пользовался ею. Секрета тут никакого не было. Все в семье пользовались ее слабостью.

Наиболее трезвой частью своего мозга Джесси понимала, что, если она позволит себе попасть в лапы Сэма Хэтчарда, она окажется в браке невыносимо унизительном и несчастливом. Она повторит ошибку своей матери, ставшей женой Винсента Бенедикта. Она свяжет себя с одержимым, который никогда не найдет в своей жизни места для жены и детей.

В чувствах Джесси царил полный хаос. В последнее время, когда Хэтч заметно усилил свои ухаживания, она почувствовала, что все ближе и ближе к пламени, что не может сопротивляться, но не хочет сдаться, поскольку сознает, что это будет для нее катастрофой. Смех да и только. Она должна положить этому конец.

Она должна научиться говорить «нет».

Телефон зазвонил прямо ей в ухо. Джесси вздрогнула и откинулась на спинку кресла. Она машинально протянула руку к трубке, потом заколебалась, решив воспользоваться автоответчиком. Раздался щелчок, потом ее собственный голос, записанный на пленку, возвестил, что офис закрыт, но что на все звонки можно обязательно получить ответ, и потом послышался голос ее приятельницы Элисон Кент.

С той самой минуты, как Элисон стала биржевым маклером, ее голос приобрел жизнерадостные оттенки профессионального заводилы.

– Джесси, это Элисон из «Кейн, Картер и Пит». Перезвони мне, как только сможешь. Тут есть колоссальная возможность вложить деньги в новый продукт – масло для жарения, не содержащее жиров, но нам надо поторапливаться.

Джесси вздохнула, аппарат щелкнул и выключился. Для Элисон, новичка на бирже, каждая возможность казалась единственной в жизни, и Джесси старалась держаться от нее на расстоянии.

Следовало признать, что Джесси была полна энтузиазма, открывая свой счет, первый для Элисон, в фирме, где та работала.