— Я не думаю, что…

— Снимайте простыню!

Вздохнув, Мик начал развязывать узел. Лиза бесстрастно наблюдала за ним, губы се сжались в тонкую линию. Ему было интересно, как долго это холодное, ханжеское выражение будет оставаться на ее лице. Возможно, когда ее братья были помладше, она носила их на руках, может быть, даже мыла их. Но почему-то в глубине души Мик был абсолютно уверен, что Лизе никогда не приходилось иметь дело со взрослыми мужчинами. Он видел, как в кармане передника сжались ее пальцы и появилась легкая краска на лице.

Узел был развязан, и Мик стоял, держа простыню за угол внизу живота.

— Ну и? — спросил он, ожидая, что Лиза наконец не выдержит и каким-нибудь образом выдаст себя.

Мик совершенно ясно увидел, как ее взгляд скользнул вниз. От этого возбуждение усилилось, несмотря на все его желание уменьшить его.

— Что «ну и»? — спросила Лиза так, будто ничего особенного не происходило.

— Могу я сначала взять полотенце?

Мик заметил, как ее щеки зарумянились еще больше. Она протянула ему выцветшее банное полотенце, и он обмотал его вокруг талии. Лиза смотрела прямо на него, и Мик боялся, что если она не отвернется, то результат его неспособности сдерживать себя скоро будет слишком заметен.

— Вам придется снять это, — он поднял вверх руки с железным кольцом вокруг кисти. Это кольцо было, в общем-то, чистой условностью, но оно напоминало Мику, что в любой момент он снова может оказаться в кандалах. — Я не смогу нормально помыться, пока вы не освободите меня от него.

— Освободить? — пробормотала Лиза скорее себе самой, чем ему. Затем пристально посмотрела ему в глаза и сказала: — Свобода — это то, что вам не удастся ощутить до тех пор, пока вы не восстановите мой мост.

Лиза повернулась и взяла банку, которая стояла за одним из кресел на веранде. Острый запах ударил Мику в нос.

— Я оставлю банку здесь, но когда вы помоетесь, я хочу, чтобы вы растерлись этим.

— А что в банке?

— Это не должно вас волновать. Я просто хочу, чтобы в моем доме не было вшей.

Вшей? Она явно пытается оскорбить его и вывести из себя.

— Чтобы вы знали — на мне нет и никогда не было ни единого паразита, — процедил Мик сквозь зубы.

— Может, так, а может, и нет. Во всяком случае, я должна признать, что вы чище остальных солдат, возвращающихся домой, но все равно вам не помешает хорошая чистка. А теперь идите за мной, или я прямо сейчас вылью это на вас.

Мик почти не сомневался, что эта решительная девушка выполнит свое обещание. Черт его дернул попасть сюда! Нигде ему еще не было так паршиво. Наверное, небеса разгневались на него за что-нибудь и послали его сюда.

— Боже, какой большой!

Он шел за ней, но эти неожиданные слова заставили его остановиться на пороге. Мик не совсем понимал, что она хочет этим сказать. Кажется, он довольно тщательно завернулся в полотенце. Может быть, девица насмехается над ним? Но потом он понял, что Лиза имеет в виду его рост. Когда он проходил в дверь, ему пришлось нагнуть голову.

— Интересно, чем вас кормила ваша мама, что вы выросли огромным, как бык?

— Я не бык.

Лиза внимательно посмотрела на него и сказала:

— Может быть, и так. Но в некоторых местах вы крупнее большинства мужчин.

Его губы слегка вздрогнули в изумлении. Если бы она только знала, какой непристойный смысл можно найти в ее словах, то наверняка почувствовала бы себя весьма неуютно. Но прежде чем он успел ответить, Лиза сказала:

— Давайте пошевеливайтесь.