|
— Давай ты мне завтра не позвонишь, а пересечемся вечером в городе. Посидим где-нибудь, план действий составим…
— Завтра никак, — решительно отвергла я его план. — Мне Тошку у мамы забрать надо.
— Вместе и заберем.
— Сережа, извини, не получится. Тошку надо к детскому саду готовить, пораньше спать уложить. И у меня дел полно…
— Давай помогу с делами. Предлагал же.
Я засмеялась.
— В таких делах ты мне не помощник.
Он угрюмо ответил:
— Ну хорошо. Тогда просто позвони. Квартиру я тебе отвоюю, гадом буду!
А я его просила? Без помощи и поддержки, разумеется, плохо, однако, когда ее так навязывают, уже и не рада, что на нее согласилась. Нет, само по себе приятно, что Сергей оказался совсем не таким, как я о нем думала, но в чрезмерных порциях он для меня утомителен.
Стремясь убрать оскомину, оставшуюся от разговора, соединилась с Дуськой. Она с ходу потребовала подробного отчета о Юре. Внимательно выслушав, подытожила:
— Щедрый, и это хорошо.
— У меня еще один щедрый обнаружился. Адвоката нашел. Говорит, бесплатно.
— Сергей, что ли?
— Он.
— Землю роет. Торопится вакантное место занять.
— Ой, Дуська, боюсь, что так.
— А ты попридержи его пока в резерве. И хороший адвокат тебе не повредит. Неизвестно, что там твой благоверный надумал.
— Завтра выясню.
— Завтра ты выяснишь не больше, чем он решит тебе сказать. А истинные его намерения обнаружатся в самый неподходящий момент. Нельзя, чтобы тебя застали врасплох.
— Ты просто слова Сергея повторяешь.
— Ну он же не дурак. И противника знает лучше, чем ты. Вот и пытается уберечь от нового шока.
— То есть, считаешь, нужно принять его предложение?
— Считаю, что отвергать не следует, — осторожно заметила моя умудренная жизнью Евдокия. — И вообще, что ты так волнуешься. Даже если примешь, чем тебе это грозит?
— Благодарностью.
— Выкинь из головы! Это же он сам тебе навязывает, а не ты его просишь.
— Надеюсь, может, само собой обойдется.
— На Мишу надейся, но не плошай.
X
Утром я встала, тщательно убрала квартиру, затем, не менее тщательно, привела в порядок себя. Надела новые джинсы и сама удивилась: похудела, оказывается. Когда покупала их, они сидели на мне гораздо плотнее. Вот что значит неделю понервничать. Хоть какая-то польза от развода!
Накрасившись, посмотрела на себя в зеркало и осталась вполне довольна. Хорошенькая, свеженькая, вроде даже помолодела. Нет, вполне объективно: больше тридцати никак не дашь. И уж тем более не назовешь бледной тлей с прыщиками вместо бюста. С бюстом у меня нормально. На месте. Третий размер. Пышный и крепкий. И кофточка с глубоким декольте выгодно его подчеркивает.
Короче, к встрече с бывшим я подготовилась на сто процентов, и вовремя. Этот подлец явился на полчаса раньше. Видно, врасплох собирался застать. Не вышло!
Открываю — он посмотрел на меня и скукожился. Видно, ожидал встретить безутешную, изможденную, несчастную, брошенную женщину. А я предстала во всеоружии.
— Ну, здравствуй, — сказал и с тоской заглянул в мое декольте.
Есть на что посмотреть, особенно после прыщиков! Но, как говорится, выбор сделан. Раньше бы глаза разувал! А теперь смотри и облизывайся!
Признаться, я тоже его хорошенько рассмотрела, но не облизнулась. Не на что. Одна мысль удивленная: «Неужели я его именно такого любила?» Совсем ведь чужой человек. |