Когда солнце стало близиться к закату, он запряг жеребца Кэсси в повозку, а своего скакуна по имени Пуля привязал сзади. Потом зашел в дом и разбудил всех.

На обратном пути в город экипажем управлял Коулт. Его сонные пассажиры не в силах были даже разговаривать. Детей он высадил возле гостиницы, а Кэсси – у ее дома, затем поставил лошадей вместе с экипажем в конюшню.

Совершая очередной обход по городу, он вдруг удивился, с чего это ему взбрело в голову поехать на ранчо. Вразумительно он не мог себе этого объяснить, хотя в душе был очень доволен своим поступком.

Глава 7

Воскресным утром Коулт сидел перед входом в городскую тюрьму и наблюдал за тем, как сюда съезжается множество повозок. В субботу ему пришлось немало повозиться с понаехавшими в город ковбоями, поэтому он не виделся с Кэсси до сегодняшнего утра.

Но он постоянно думал о ней, что бы он ни делал. Когда он увидел ее и Кэти хлопочущими вместе с другими женщинами над тем, чтобы все подготовить для предстоящего после сиесты праздника, он вспомнил, какая страсть овладела им на речке, когда он прижимал к себе ее нежное гибкое тело.

С усилием, оторвавшись от мыслей о Кэсси, Коулт решил сделать последний обход вокруг городка. Когда он приблизился к жилому району, то заметил трех сорванцов, столпившихся прямо под высоким дубом. Вся троица с беспокойством высматривала что-то между ветвей.

Что они там затеяли теперь? Здравый смысл подсказывал ему идти своей дорогой, но ведь его обязанностью было оказывать содействие жителям города.

Коулт подошел к ним:

– Что происходит?

Он посмотрел сквозь ветви деревьев – и сразу же признал длинные ноги Кэсси и ее аккуратную попку. У него пресеклось дыхание. Она, должно быть, находилась на высоте пятидесяти футов.

– Кэсси, какого дьявола ты забралась туда?

Она опустила голову и посмотрела на него:

– Наслаждаюсь видом с высоты.

Однако у Коулта этот вид вызывал самую неподдельную тревогу.

– Она пытается достать Перр, – объяснила Сэм.

– Ну-ка дайте мне подумать. Перр – это кошка?

У Пити был такой вид, как будто он вот-вот заплачет.

– Кэсси, спускайся вниз, иначе ты упадешь и разобьешься, – велел Коулт.

Эта легкомысленная женщина, видимо, решила покончить с собой.

– Неужели Кэсси погибнет? – захныкал Пити.

Сэм опустилась на колени и обняла его, бросив на Коулта сердитый взгляд:

– Посмотрите, что вы наделали. Вы заставили его плакать!

– Я достала его! – раздался сверху крик Кэсси.

Но едва она начала спускаться, как рука у нее сорвалась с ветки, а нога соскользнула с упора. Кэсси удалось зацепиться рукой за соседний сук, и она почти повисла в воздухе, другой рукой придерживая котенка.

– Кэсси, замри и держись.

Коулт подскочил к дереву и ухватился за нижние сучья, подтянулся и быстро полез вверх, цепляясь то за одни, то за другие ветви, в то время как Кэсси висела и никак не могла найти опору для своей ноги.

Вскоре он добрался до нее, ногами прочно уперся в толстую нижнюю ветку, а спиной прислонился к стволу. Убедившись в том, что ветка выдержит их обоих, он протянул к ней руки и обхватил ее за талию.

– Все в порядке, отпускай ветку.

– Я упаду.

– Не упадешь. Я крепко держу тебя. Отпускай ветку, Кэсси, – решительно повторил он.

Она неохотно разжала руку, и Коулт мягко опустил ее на ветку, на которой стоял сам.

– Теперь обхвати меня сзади за шею и держись.

– Я держу котенка.

– Сунь его себе за пазуху. Мои братья и я прятали там котят, когда тайком приносили их в дом.