Она никогда не говорила о гонораре так спокойно, но сейчас это дело принципа. Райан сделал глоток кофе.

— Ты все еще мне не доверяешь.

— Я бы с удовольствием доверилась тебе, но не хочется потом остаться в дураках. — И неважно, как ее тело реагирует на него.

— Справедливо. — Райан не сводил с нее глаз. — Кстати, мы с Тоддом единственные дети у наших родителей. Мы стали как братья.

— Да, это я уже знаю. Именно поэтому ты решил сделать за него грязную часть работы.

Райан сделал вид, что не услышал эту реплику.

— Мы с детства росли в богатстве. Сначала у них появились девочки, потом женщины, которых интересовали только наши деньги. Они готовы были на все, чтобы сблизиться с нами.

— Я отказываюсь верить в то, что все женщины видели только твой банковский счет и не обращали внимания на тебя.

— Не все, но большинство. И, учитывая обстоятельства и предложение тети, неудивительно, что я подумал о тебе не лучшим образом.

Джулия собралась что-то сказать, но не стала. Пожалуй, в его словах был смысл.

— В моем поступке не было корысти.

— Я верю тебе, — сказал Райан. — Можешь и ты поверить мне? Можешь понять, почему мы с Тоддом подумали, что ты такая же, как другие?

— Не знаю. Наверное.

— Теперь ты видишь ситуацию с моей стороны?

Джулия начала нервничать. Чего он хочет?

— Да, у тебя было трудное детство. Несчастный миллионер, которого все любят, да не за то.

— Как с тобой тяжело.

— Я сказала, что попробую понять твои мотивы, но не обещала согласиться с ними. Я все еще тебе не доверяю.

— Тебе придется постараться. Мы скоро станем одной семьей.

Семьей? Он шутит?

— Вот еще глупости. Мы просто будем воспитывать ребенка, без всяких семейных уз.

— Называй это как хочешь, — пожал плечами Райан. — Но совместный ребенок делает нас семьей. Все изменилось, Джулия. Здесь замешаны не только мы. Главное — наш ребенок. И он заслуживает полноценной семьи. Поэтому, думаю, нам нужно пожениться.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

— Пожениться? — Джулия вскочила и уставилась на Райана. — Ты ненормальный?

Вдруг она вспомнила о стеклянных стенах и заставила себя снова сесть в кресло. Она понизила голос и начала злобно шипеть.

— Если ты пошутил, то шутка не удалась. И у тебя чудовищное чувство юмора.

Пожениться? О чем он вообще думает? И это как раз тогда, когда она начала находить положительные черты в его характере.

— Чудовищное? — повторил он отвратительно спокойным тоном. — Почему?

— Мы друг другу даже не нравимся, — пробурчала Джулия. — Мы не можем пожениться.

— Мне ты нравишься. Не считая того, что не умеешь прощать. Я думаю, ты мне симпатична. Свадьба ради ребенка — необходимая традиция.

— Ты в каком веке живешь?

Ей послышалось или он действительно сказал, что она ему нравится? Джулия встряхнула головой.

Ее это не должно волновать. Она ни за что не выйдет замуж за Райана.

— Мы умные воспитанные взрослые люди. У нас будет ребенок. Мы оба хотим, чтобы у нашего ребенка было все самое лучше. В том числе, у него должна быть полноценная семья. Ты что, правда хочешь быть матерью-одиночкой?

— Да. Меня это ничуть не смущает. Меня растила только мама.

Практически. Теоретически отец был, но его участие в воспитании не ощущалось.

— Я считаю важным, когда ребенок растет в полной семье, — настаивал Райан.