Вив снова положил конверт на стул и убрал руку. Дикон протянул ему деньги.

– Бери. – Он посмотрел в лицо собеседнику и улыбнулся. – Ты ведь в ловушке, верно? Думаю, тебе очень нужны эти деньги. Ты бы дорого дал за то, чтобы знать, скажу ли я тому парню – твоему боссу – об этих деньгах и о нашей с тобой договоренности. Вряд ли он догадывается об этом. Что случится, если ты возьмешь деньги? Ты рискнешь. А если не возьмешь? Тогда твой босс узнает все, потому что я скажу ему об этом. Бери, и я не сделаю этого. Только запомни – ты их еще не заработал.

– Сукин сын!

– Ты сам залез в эту клетку. – Дикон предположил, что еще до наступления вечера где-то будет скакать призовая лошадь и Вив думает, что ему надо купить ключик от клетки. Он уже давно в ней сидит и хочет узнать цену ключа, и это самое грустное, потому что ключ не продается. Вив еще не понял этого и, может быть, никогда не поймет.

– Мне нужен твой номер. – Дикон наблюдал, как Вив засовывает деньги в карман джинсов. – Я буду тебе звонить между семью и восемью часами, чтобы не разбивать твой вечер. – Он уже знал номер Джексона, выписанный из телефонной книги-.

Вив все понял как надо.

Дикон довольно улыбнулся. «Белый полицейский, – подумал он. – Похоже, мне удается эта роль». Хорошая актерская игра или тайная склонность? Каждый имеет свою цену, и всегда есть кто-то, кто может оценить любого. Одна ниточка тянется к другой.

Вив, не оглядываясь, ушел с трибуны. Дикон дал ему пять минут, чтобы исчезнуть. Конверт лежал на соседнем сиденье. Он был запечатан и выглядел таким тонким, что вполне мог оказаться пустым.

Горячий и зловонный запах бензина поднимался сплошной стеной. В воздухе не чувствовалось ни малейшего дуновения ветерка. Солнце заливало зноем крыши машин.

Едва Дикон запарковался, как дверь стоявшего впереди белого «форда-эскорта» открылась и оттуда выбрался Мэйхью. Он собирался что-то сказать, но Дикон опередил его.

– Город пустеет. Через три часа все южное побережье будет в осаде. Я добирался целых сорок минут.

– Ладно, – ответил Мэйхью. – У нас еще есть полчаса.

– А что потом? Сюда кто-нибудь придет?

– Мне надо ехать назад. Несколько парней вломились в лавчонку на Квинсуэй и опустошили кассу.

– Вроде бы ничего серьезного.

– Вроде бы нет, но лавочник не захотел расставаться с деньгами, и парень поиграл ножичком. Провел им по лицу и нечаянно задел сонную артерию. Так что я собираюсь появиться там и сцапать его, когда мы закончим здесь.

– Ты знаешь, кто это был?

– Конечно. Трое свидетелей. Парня зовут Нормал Блэкет. Минимум мозгов и сломанная переносица. Пока я доберусь туда, он уже нанюхается кокаина. Сомневаюсь, что он что-то вспомнит. – Мэйхью вставил ключ в дверь из натурального дерева, которая вела на террасу в викторианском стиле.

Дом был обставлен модно и экстравагантно. На цокольном этаже – кухня, столовая, вторая ванная и музыкальный класс.

Они переходили из комнаты в комнату.

– А кто из них играл? – спросил Дикон.

Мэйхью пожал плечами.

– Не знаю. – Он открыл дверь в гостиную. – Вот здесь. Ванная налево.

Обои оказались не зеленые, а темно-розовые и полосатые, в стиле эпохи Регентства. Ковры не кремовые, а бежевые. Вместо стола – столик с убирающейся крышкой и дюжиной маленьких ящиков с медными ручками. Три окна с фрамугами, занавешенные длинными – до пола – шторами, которые слегка затемняют обои.