Странный был разговор. Анатоль покусал губу. Странный… и какой-то опасный… Достать «проныру» в Таллине… в Таллине! А не о Женечке ли речь?

* * *

— Итак, похоже, что все убийства совершил Злочников! — Отложив папку, Алтуфьев исподлобья взглянул на коллегу. — Правда, с прямыми доказательствами у нас, честно-то говоря, не ах. Хорошо, хоть с мотивом немного разобрались… Однако давай пройдемся по тому, что уже более-менее известно.

— С комсорга начнем? — поднял глаза Пенкин. — С этого… Валикова Семена. Там Мезенцев с Дорожкиным целую версию выдвинули!

Встав, Владимир Андреевич распахнул форточку и достал пачку «Памира»:

— Ну, давай, давай, рассказывай! Я закурю, если не возражаешь? Лучше думается.

— Хорошо.

Посмотрев на серебристую зажигалку, валявшуюся на столе рядом с пишущей машинкой, Алтуфьев достал спички. С зажигалками были проблемы. И дорого, и заправлять надо, ломались вечно — то кремень, то пружина. Да еще и текли! Не очень-то интересно ходить воняя бензином! Поэтому чаще всего зажигалки просто дарили, да и владеть ими было престижно, однако вот пользоваться — однозначно нет!

— Тогда начну с мотива. — Сергей задорно тряхнул челкой. — Как мы предполагаем, шайка, в которую входили Злочников и Курицын-Тюля, занималась хищениями и перепродажей комплектующих и запчастей… Так?

— Ну, пусть пока так, — закурив, покивал Владимир Андреевич.

— К этим своим махинациям они решили привлечь комсорга… Или он случайно что-то узнал… — Пенкин покачал головой. — Но, будучи честным человеком, отказался. Или даже пригрозил все рассказать! Вывести, так сказать, на чистую воду.

— Или они просто так подумали, — хмыкнул Алтуфьев. — Испугались и решили от честного комсорга избавиться. Обставили все под несчастный случай. Злочников — бывший борец, да и плаванием занимался… Перед тем как сесть!

— Так он судим? — Пенкин всплеснул руками. — Но в справке же…

— Устраиваясь на завод, он все свои судимости скрыл, думаю, не без помощи вышестоящих покровителей, — задумчиво промолвил Владимир Андреевич. — А там дела серьезные: тяжкие телесные, грабежи… И знаешь, с кем он отбывал срок?

Сергей усмехнулся:

— Догадываюсь! С Курицыным-Тюлей! Которого использовал и устранил.

— Ну, там, может, и случайно все вышло… Впрочем, не суть! — дальше уже продолжал Владимир Андреевич. — Затем — убийство Галанина… Что-то надо было у него забрать. Тут они особо не маскировались, только подставили Боба. Просто удобный оказался случай… Эх, если бы Курицын не любил чеснок!

— Так он его и не любил — он им зуб лечил.

— Да, и на девчонку напал… Спугнули… А она запах запомнила!

— Молодец!

— Молодец… Только, Сережа, все эти наши предположения к делу-то не пришьешь! — Выпустив дым, Алтуфьев задумался. — Ну, Курицын — да. На него уже что угодно можно вешать… А вот насчет Злочникова… Что мы ему предъявим? Желтый «Москвич»?

— Так мальчишки же видели — малолетние, как он Валикова на озере…

— Да, это уже хорошо. Говоришь, Злочникова по фотографии опознали?

— Местные сказали — да… — Пенкин вдруг снова заулыбался.