Если только на постоялом дворе прижиться, работать за ночлег и еду. Еще, как Волкодав, вышибалой поработать, попробовать.

Старший охраны продолжал рассматривать мое честное лицо глуповатого вояки и потом махнул рукой:

— Берем тебя, но это пока, доедем до постоялого двора, там подробно поговорим и посмотрим. Условия тоже потом тебе скажем.

— Так, Торес? — спросил он хозяина.

— Ты, Донк, Старший над охраной, тебе и решать, как защитить караван, — усмехнулся хозяин и убежал вперед, подгоняя возчиков начать двигаться быстрее.

— Иди впереди, около третьей подводы, смотри по сторонам, если, что, зови меня. Понятно?

— Понятно, — ответил я, и побежал вперед, скрывая счастливую улыбку.

Подбежав к своей подводе, поздоровался с возчиком, с интересом смотревшим на меня, положил свой мешок на подводу и закинул копье на плечо. Вид принял бравый и молодцеватый, берегись бандиты и злодеи, всех переколю, к чертям собачьим. За эту работу.

Так я был доволен, что пристроился в охрану, даже не заметил, как мы доехали до городка, не имевшего полной крепостной стены, но на воротах все же красовались пара стражников, с подобием алебард, щипавшие, по мере способностей, с проходящих и проезжающих мзду городскую.

Но наша первая подвода свернула в сторону, мы явно объезжали городок по разбитым улицам предместья, от Донка раздалась команда удвоить бдительность и неспроста. Ждавшие, видно, такие обозы жулики резко активизировались и подскочили к подводам, возчики тоже заняли оборону, держа дубины в руках. Началась позиционная война, жулики изображали, что собираются сдернуть с подвод один из мешков, возчики отмахивались дубинами и рассчитывали на помощь охраны.

Я реально прикрывал три подводы, спереди метался купец, умело размахивая саблей, сзади тоже было кому прикрыть обоз, поэтому я старался изо всех сил и заметив, что с четвертой подводы двое жуликов потащили прихваченный мешок, подлетел и сразу вырубил одного ударом пятки копья по затылку. Второй не стушевался и попробовал испугать меня тем, что вот-вот бросит в меня нож, но добился только того, что я проколол ему плечо быстрым выпадом. Нож выпал, жулик, взрослый парень, с ненавистью что-то мне прошипел и исчез в переулке. Я подхватил упавший мешок и закинул его на подводу, заодно поднял и нож, тоже бросив его туда же, и продолжил озираться, ожидая новых нападений. По валявшемуся жулику протопталась следующая лошадь и проехались пара колес, а потом и все остальные колеса оставшегося каравана.

Пожалуй, выжить у жертвы моего удара не получится, ребра точно переломаны.

Это подтвердил и Старший над охраной, сказав, что пора двигаться очень быстро, он добежал до хозяина, сказал что-то и ему и началась реальная гонка на выживание, лошадей нещадно хлестали, подводы подскакивали на кочках и ухабах, караван торопился поскорее вырваться с узких улочек предместья.

Чтобы не начинать настоящую войну с преступным миром всего городка, так и оставшегося для меня безымянным.

Вскоре дома, развалившиеся и кривые халупы закончились, мы выехали на пустую дорогу, огибавшую городок сбоку и еще через десять минут быстрой езды проскочили и предместье с другой стороны города, бывшее, уже сильно поменьше. Такая же пара стражников с удивлением смотрели, как мы быстро проезжаем мимо и только покачали головами, понимая, что это неспроста.

Отъехав от городка на полкилометра, я заметил, что возчики стали оглядываться, услышав возглас кого-то сзади, и оглянулся сам. Десяток фигур стояли перед самим предместьем и смотрели нам вслед. Выглядело все это довольно угрожающе, но в погоню за ними никто не кинулся. Все же десяток бандитов с ножами не хотели вступать в бой с вооруженной охраной в чистом поле, но вот, на постоялый двор могут и напасть, пояснил мне возчик-сосед.