Я попросил Телию помочь мне с выбором одежды, чем мы и занимались целый час в комнате бывшего барона, причем мне частенько приходилось стоять полуголым за ширмой, пока она подносила разные предметы и участвовала в процессе одевания их на меня и даже давала волю рукам, прихватывая меня за ягодицы и прочие места, в шутку, естественно, но очень настойчиво.

Помощь баронессы оказалась незаменимой, конечно, но скорость оправления ее от последствий насилия меня, честно говоря, весьма удивила. Как-то я думал, что такое жесткое разрушение девственности оставит ее в молчаливом состоянии на месяц-другой, но нет, девушка оживленно щебечет и радуется жизни. Как кошка, упала все же на все четыре лапы, ну и хорошо.

Приносит разную новую одежду, кокетничает и флиртует со мной. Это понятно, больше по статусу ей и не с кем флиртовать и пробовать свои отрастающие коготки молодой женщины. Мне совсем не сложно подыграть молодой баронессе и помочь забыть тяжелые воспоминания, подшучивая над процессом одевания и кидаясь в нее предметами гардероба, которые явно мне не подходят.

Через час я вышел из комнаты покойного барона, уже принаряженный и более-менее похожий на дворянина по одежде, повадкам и поведению. Новая одежда все же приносит другие мысли и поступки, действуя на подсознание, намекая, что теперь ты другой. Не обычный простолюдин, а куда выше.

Одетую для выезда баронессу мы встретили на выходе из жилого знания, она быстро осмотрела меня, внесла пару изменений в мой облик и скомандовала всем на выезд. По этому случаю снова запрягли карету, форейтор и новый кучер присутствуют на своих законных местах, только поменялись ими. Теперь заслуженный форейтор перешел на солидное место кучера, поближе к начальству и удобству управления лошадьми.

Вывели и наших лошадей, мне и еще четверым стражникам во главе с Бонсом, в замке остается всего двое воинов, что, честно говоря, маловато для обороны укрепления. Еще я захватил для себя качественное копье, с длинным и острым наконечником, из арсенала замка. Чтобы соответствовать своему образу могучего и свирепого воина.

Но нас всего пятеро, готовых защищать свою хозяйку, вся надежда только на меня, как я понимаю. Для простого сопровождения баронессы в город вполне достаточно, но, вот, чтобы продвигать свои интересы и добиваться желаемого нашей хозяйкой на пока чужих территориях — откровенно маловато.

— Что с пленным, этим Иерихом? — спросил я, когда оказался рядом с Бонсом, готовый узнать, что с ним, того, все. Но нет, оказалось, что он сидит в подземелье, в одной из камер и даже получает еду раз в день и все ждут моего решения.

Надо же, баронесса оставила решение его участи в зависимости от моего мнения, поэтому мне придется собственноручно вынести приговор и отправить его на виселицу. Это, если у него не найдется весомых аргументов для сохранения своей жизни. Что такое может рассказать этот садист и насильник, я даже и не знаю, но он может постараться удивить меня, если захочет жить.

Мы проскакали через поселение около замка, миновали деревню, где баронесса вышла из кареты и поговорила со старостой, потом, через три километра мы добрались до хорошей дороги, разделяющей владения Делии и баронов и углубились на чужую территорию.

Разница между владениями видна невооруженным взглядом, меньше полей, меньше людей и сама дорога превратилась в едва проезжаемую. Скорость нашего передвижения пришлось скинуть очень сильно, мы на лошадях плелись еле-еле, сопровождая карету, и когда, через час добрались до первой баронской деревеньки, казалось, что попали в нежилое место, одни заброшенные дома и чуть местных, чумазых и тощих крестьян.

Пришлось и мне поучаствовать в сборе крестьян на единственной улице, где после получаса поисков набралось человек пятнадцать бедно одетых и худых землепашцев.