Смотреть, что там с Кроном, я не стал. Ясно, что бандиты превратили его спину и ребра в отбивную, да и по голове ударили не один раз. Если он придет в себя, это будет чудо. Надо помочь тем, кто еще бьется за нас.

Около подводы я голосом предупредил, что иду и подойдя ближе, заметил, почти доползшего до нее, первого своего подраненого бандита. Не смотря на хорошую дыру в груди, он не остался умирать на месте, пополз помогать своим и только через три метра успокоился. На всякий случай, я сделал контрольный прокол в бок, но, бандит отреагировал только слабым стоном. С этим все.

Дальше лежал тот, которому попал в живот первый болт, согнувшись и скрутившись вокруг него, еще живой. Звуки ударов затихли, голос Клеи произнес устало:

= Все, Борн, ему хватит!

И, увидел, как Борн одной рукой схватил за голову, лежащего до половины своей длины тела на подводе, бандита и скинул его на землю. Клея встала на ноги, шатаясь от пережитого страха и усталости, держа по-прежнему дубинку в руке и, огляделась вокруг. Увидела меня, тоже старающегося контролировать другую сторону подводы и лежащих бандитов под ногами.

— Ты как? — прошептала девушка, облизывая пересохшие губы.

Схватка продлилась всего пару минут, не больше, светлее не стало ни капельки, а в горло тоже стало очень сухо, как будто пару дней не пил.

— Я, хорошо. Кром — плохо.

Борн, весь побитый, по голове и лицу стекает кровь, одна рука беспомощно висит, дубинка в другой руке, посмотрел на меня, осознал произнесенные слова и кинулся вокруг лошади, к месту, где оставался его брат, вскоре нашел тело, и мы услышали стон и его причитания.

— Что с Кромом? — глаза Клеи прямо обожгли меня огнем.

— На него напали сразу трое и ему сильно досталось, — что я еще мог сказать. Похоже, он не — жилец, но не будем торопиться и приговаривать парня.

В лучшем случае, он может выздороветь после многих месяцев, если не лет постоянного лечения, нам он точно не попутчик. Один вариант — оставить его у сердобольных людей, если он придет в себя, заплатив им вперед за уход, но таких людей еще надо найти.

Ладно, рано решать и думать, рассветет, осмотрим его, перенесем на подводу и поедем, другого варианта у нас нет.

Теперь я мог рассмотреть еще одного бандита, лежащего со стороны реки перед подводой, похоже, это он наскочил на Клею, когда она закричала, расслабился, что девка попалась для утех веселых и пропустил выстрел из арбалета, тоже в живот. Он валялся, так же скрючившись и явно лелея свою новую железную часть организма, стараясь не шевелиться и только постанывая. Второй, когда они побили вдвоем и скинули Борна с невысокого обрыва, кинулся на девушку и она приняла его, отскочив от края подводы, дубинкой по плечам и голове. Борн сумел со своими ранами и одной рукой, вскарабкаться на берег, отозвавшись на ее крик и помог забить оставшегося бандита.

— Их было семеро, шестеро теперь не могут двигаться и не опасны, седьмого я ранил, он убежал в туман, — только я высказал свои соображения Клее, успев натянуть один арбалет и положить болт на ложе, как со стороны причитавшего брата послышался вскрик и звуки борьбы.

— Оставайся здесь! — бросил я девушке и, положив арбалет к ее ногам, подхватил копье и бросился на шум борьбы. Теперь немного стало светлее и я сразу увидел того бандита, которого я ранил в бок. Он лежал на Борне, и брат из последних сил сжимал его руку с ножом, которую бандит продавливал к его лицу.

Удар пяткой копья с ходу вырубил бандита и откинул его в сторону от Борна, который остался лежать, не пытаясь подняться.

— Что с тобой? Куда он тебя ранил? — я склонился над сильно побитым лицом брата, и он прошептал:

— В спину ударил, два раза… — и потерял сознание.