Еще через час, по площади прошлась и пара тех же карманников, так же стреляя глазами по окнам, и я понял, что у сидевших внизу жуликов возникли проблемы с поиском подходов к обслуге, половые не знали, кто и где ночует из жильцов, а тот, кто знал, видимо, не стал делиться информацией, очевидно, не очень побаиваясь местную мафию. Поэтому и вызвали подмогу, чтобы путем наблюдения вычислить, где я все же ночую.

Такая получилась контрбатарейная война, в которой победил я, вычислив всех уголовников, вовлеченных в процесс поиска и не дав обнаружить себя. Кажется, это были почти все наличествующие силы противника в графском городе.

Соседи мои, по крестьянской привычке, спать легли рано, с первыми сумерками. Я поддержал их, застопорив засов в двери, и прикрыв ставни на крючок.

Ночь прошла спокойно, пострадавшие жулики не решились врываться и творить беспредел в приличном заведении, тем более, не зная точно, где искать обидчика серьезных людей. Хотя, может и узнали, в каком я номере, но не стали пытаться взять меня силой, рассчитывая подловить на улице завтра и немудрено засунуть нож в печень, для профилактики и подъема своего авторитета, в своих же глазах.

Рано утром, позавтракав, я оседлал лошадку, приторочил тюки и седельную суму и довольно быстро первым покинул вполне приятный город, где волею судеб познакомился с не лучшими его жителями и даже кое-что оставил им на память.

Дорога снова бежит под копыта, рано мне еще от лошади избавляться, регулярных перевозок здесь не изобрели, так что, попасть в портовый город из следующего графского города, может, и не получится. Во всяком случае, никто на постоялом дворе этого точно не знает, но, все в один голос говорят, что между двумя графствами нет никакого постоянного транспорта для перевозок. Все катаются только с оказией, да и нет никаких таких важных дел, чтобы переться за пятьдесят километров, если расстояние перевести из местных величин дневного пробега в одну лошадь.

Этим, в отличии от тружеников, занимаются только праздные дворяне, посещая родственников и соседей, но, у них и своего транспорта хватает, да и все дворяне, от мала до велика, приучены передвигаться на конной тяге, образно говоря.

Поменял я всего пятьдесят золотых, еще осталось двести сорок пять и я, честно говоря, в затруднении, как поменять оставшуюся большую сумму. Если уж здесь, где нет и десятой доли беспредела, творящегося в Сатуме, я умудрился словить проблем, то, что будет дальше. Получается, кровь из носу, в городе, куда я собираюсь добраться завтра утром или днем, мне надо разобраться со всеми деньгами, поменять их или купить что-то ценное и маленькое, что можно реализовать в том же Асторе, пусть и с некоторой потерей в деньгах.

Придется прожить несколько дней в графском городе, не привлекая внимания, найти надежную лавку меняльную и товар, который подойдет к моим запросам. Только так, с налета такие вопросы не решить, в этом я уже успел убедиться. Да и королевское золото берут в меняльных лавках, не так, чтобы очень охотно, в этом я тоже успел удостовериться. Всю сумму точно никто не поменяет за один раз.

К вечеру я успел проехать графские земли, перекусить пару раз в различных трактирах при дороге и въехать на земли соседнего графства, не став спешить дальше. Остановился в трактире с комнатами при большом селе, решив, что доеду завтра до города к обеду и так будет даже лучше. По дороге, довольно оживленной, проблем у меня не возникло, правда, при встрече с дворянами полагалось съехать с дороги, соскочить с лошади и усердно кланяться, как я успел подсмотреть у своих попутчиков. Что я тоже усердно повторял, как болванчик, пара особо ретивых наблюдателей за сохранением дворянских ценностей пыталась докопаться и до меня, но, услышав мой акцент, сразу потеряли интерес и уехали прочь, понимая, что я не из местных крестьян, такой здоровый и широкоплечий и не имею к крестьянству никакого отношения.