— Я поеду в Вирджинию, — похвастался Ли, — а потом вернусь и… и… буду вам про это рассказывать.

— А пока давайте послушаем дядю Тоби, — предложила я.

Все были не против, и мы узнали о том, как капитан Смит присоединился к Христианской армии и отправился воевать с турками, о том, как он в одном бою убил сразу трех турок, как потом стал пленником неверного Тимора и ему не шею надели железный ошейник, как он сумел обмануть Тимора и бежал, поборов все трудности, и как, наконец, он высадился в Вирджинии, где его жизнь спасла прекрасная принцесса-индианка Покахонтас.

Дети были совершенно зачарованы рассказами дяди Тоби. Теперь у них появились новые игры. Ли хотел быть Джоном Смитом, как, впрочем, и Эдвин. Но он почти всегда уступал, соглашаясь играть Тимора. А в истории с Покахонтас Частити была принцессой, Ли — Джоном Смитом, Эдвин — вождем индейцев, собиравшимся погубить Джона.

Я сказала Эдвину:

— Не позволяй Ли забирать все главные роли.

Эдвин взглянул на меня, улыбнулся своей прекрасной безмятежной улыбкой и объяснил:

— Но, мама, он не согласится играть, если не получит эти роли, а мне хочется поиграть.

Я расцеловала его, но про себя подумала, что Ли становится все больше и больше похож на свою мать.

Нельзя было ожидать от Тоби, привыкшего вести столь бурную жизнь, что он осядет в Эверсли-корте. Он хотел быть в курсе всех событий, происходящих в стране, и для этого ему надо было попасть ко двору. Там было множество людей, которых могли заинтересовать его рассказы о путешествиях, и брат обещал представить его королевской чете. В Эверсли приехал Карлтон. Мне хотелось присутствовать при его встрече с дядей Тоби. Было интересно, как он все это воспримет. Но, когда я увидела их вместе, он уже, видимо, успел прийти в себя от изумления и, как я предполагала, от огорчения.

Однажды во время верховой прогулки мы оказались рядом с Карлтоном, и я спросила его, как он относится к возвращению дядюшки.

— Всегда интересно, когда в дом возвращаются члены семьи.

— Странно, что я никогда не слышала о нем.

— Мы считали его погибшим. Корабль, на котором он, по нашим сведениям, отправился, пошел ко дну. Дяде Тоби всегда потрясающе везло. В самый последний момент он решил сменить корабль, но его любящая семья считала, что потеряла его навеки.

— И все эти годы, вплоть до вашего десятилетия, вы ходили с задранным носом, считая себя наследником Эверсли, в то время как настоящий наследник сколачивал свое состояние в Вирджинии!

— Чистая чепуха! Да и какое это имеет значение? Вскоре родился Эдвин, имевший приоритет перед Тобиасом, а теперь вы одарили нас другим Эдвином, которому и принадлежат все права.

— Тем не менее, права дяди Тоби превышают ваши.

— Ни у кого нет никаких прав, пока у нас есть драгоценный Эдвин.

— Тоби очень мил с ним.

— Кого же не очарует столь совершенное дитя?

— А вас?

Карлтон насмешливо взглянул на меня.

— Очарован ли я Эдвином? Что за вопрос! Вы же знаете, я без ума от него. Хотя, прошу прощения, мне кажется, что в данный момент он более всего склонен прятаться за юбки мамочки и Эллен, позволяя юному господину Ли быть властелином детской. Эту ситуацию необходимо изменить.

— Как?

Он склонился ко мне.

— Очень скоро, дорогая кузина, я собираюсь помочь вам сделать из Эдвина мужчину.

— Я не потерплю вашего вмешательства! — резко ответила я.

Карлтон рассмеялся.

— Лишь для блага Эверсли! — воскликнул он и пустил коня в галоп.

Дядя Тоби уехал в Лондон вместе с Карлтоном и лордом Эверсли.