С одной стороны, ей хотелось порвать и выбросить карточку, но юная, наивно-романтичная Лиза, которая, оказывается, все еще жила в ней, решила с этим повременить. Нет, она вовсе не собиралась звонить Тони, но просто избавиться от его визитки было все равно что избавиться от него самого, а она, хотя и знала, что ему нет места в ее будущем, все-таки дорожила тем, что было между ними в прошлом. Поэтому, в память о чудесных и ярких мгновениях, которые подарил ей Тони, Лиза решила заткнуть его карточку в задний карман кошелька, где она, безусловно, затрется и забудется со временем, как фотография Катрины, которую носил у себя в кошельке Дэвид.

Около полуночи, когда Дэвид вернулся домой, усталый и взъерошенный, Лиза успешно допивала бутылку вина и благодаря долгой беседе с Бренданом, который тоже оказался без работы, крайне остро переживала неожиданный поворот в своей карьере. Когда-то завершение старой эры воодушевило бы ее, но теперь она быстро приближалась к сорока, а целый балаган новых ярких талантов вдвое моложе ее танцевал, жонглировал, кувыркался и что только ни вытворял в ожидании выхода на сцену, и трудно было представить, что Лиза кому-то понадобится.

Она попыталась разговорить Дэвида о его вечере, но вскоре он уже подавал ей платки и выслушивал страхи о том, что ее затопчут и отправят на пенсию. Потом все плавно перешло к сомнениям, стоит ли ей выходить замуж и становиться женой депутата и что она, наверное, не справится с тем, чего он, безусловно, от нее ожидает. Лиза решила не упоминать о Тони, потому что в этом не было никакого смысла, ибо для нее он просто человек из прошлого, точно так же, как Катрина для Дэвида.

В конечном итоге, вместо того чтобы принять встревоженный или даже обиженный вид, как ожидала Лиза, Дэвид как будто повеселел.

— Милая, — проговорил он, сжимая в ладонях ее руки, — неужели ты в самом деле думаешь, будто я не понимаю, как важна для тебя твоя индивидуальность и независимость? И потом, я не вижу никаких причин, чтобы в твоей жизни что-то ломалось.

В первую секунду Лиза переваривала услышанное, а во вторую в ней уже начала поднимать голову вездесущая подозрительность.

— Прости, — сказала она, — но если ты хочешь предложить мне работу или какую-то сумму на содержание...

— Разве я посмел бы? — со смехом оборвал ее Дэвид. — Нет, я всего лишь хочу напомнить тебе, как несколько месяцев назад ты загорелась идеей написать книгу. Только и разговоров было, что об издателях и агентах, которых ты знаешь, и куда ты хочешь поехать, чтобы собрать материал. Мне эта идея показалась очень достойной и воодушевляющей. И, с моей точки зрения, у тебя по-прежнему есть все возможности ее осуществить. Выходное пособие поможет тебе попутешествовать и увековечить свое «я» на обложке бестселлера номер один.

Лиза удивленно заморгала, открыла рот, чтобы что-то сказать, и снова закрыла его. В конце концов она проговорила:

— Вообще-то, я не уверена, что это хорошая идея.

— Ты знаешь, что идея отличная, — поправил ее Дэвид. — Требуется только твое время, целеустремленность и...

— Чудо? — перебила Лиза, расплываясь в улыбке.

Дэвид рассмеялся.

— Я собирался сказать об удачном месте для работы, но чудо тоже пригодится. — Он провел пальцами по щеке Лизы, и его взгляд стал еще нежнее. — Я пришел в твою жизнь не для того, чтобы ею управлять, — ласково проговорил он.