«А почему бы мне ее не забрать? — это вмешалась смерть. — Если она потеряет Дэвида и Тони, она не захочет без них жить. Так зачем позволять вам, ребята, использовать и мучить ее, если я могу поступить порядочно и прямо сейчас избавить ее от страданий?»

Отмахнувшись от этой дрянной пантомимы, Лиза встала и пошла варить кофе. Пока она ждала закипания чайника, твердая почва здравого смысла опять поплыла у нее из-под ног. На этот раз она начала изводить себя мыслями, что будет с домом, мебелью и всем, что уже сделали и везли с других концов света, если Дэвид решит, что она ему больше не нужна. Лиза понимала, что это безумие, что Дэвид любит ее и не бросит, но лучше уж сомневаться в его чувствах, чем ходить под гипнозом кошмарных картин, на каждой из которой с ним случается какое-то несчастье. Но что, если оно в самом деле произошло? Нет, нет, нельзя об этом думать, иначе все покажется в десять раз мрачнее, а ведь ей и так несладко, видит Бог.

Зазвонил домашний телефон, и Лиза чуть не разлила кофе, пытаясь до него добраться.

— Алло? — проговорила она, стараясь не выдавать паники.

— Привет, это я, — сказала Эми. — Есть новости?

Хотя разочарование было сокрушительным, Лиза так обрадовалась, что можно с кем-то поговорить, что даже рассмеялась.

— Нет. Ничего, — сказала она, и ее глаза наполнились слезами. — Нерине все-таки дозвонилась до кого-то из съемочной команды, и ей сказали, что они понятия не имеют, почему Дэвид не появился. А Розалинд нет дома.

— Может, что-то случилось с ней или Лоуренсом?

— В этом случае Дэвид уже отзвонился бы мне. И он никогда не подводил Би-би-си, так что я в полной растерянности.

— И, разумеется, сходишь с ума от беспокойства. Поэтому и звоню. Я тоже не могла уснуть и решила, что мы можем полуночничать вместе. Что ты сейчас делаешь?

— Пью кофе, жду. Тео спит?

— Не думаю, но завтра рано утром у него встреча, так что он пытается отключиться. Я внизу на кухне, вместе с Рокси. Она передает привет.

— И ей привет, — пробормотала Лиза, с болью в сердце вспоминая, что племянница собиралась приехать к ней завтра, чтобы второй раз примерить платье подружки невесты.

— Все будет хорошо, Лиз, — сказала Рокси, беря трубку. — Я знаю, что будет.

Лиза заставила себя сказать:

— Спасибо.

Как легко верить, что все сложится хорошо, когда тебе восемнадцать, и как сложно теперь.

— Так мне приезжать завтра или не надо? — спросила Рокси.

— Да, конечно, приезжай, — выпалила Лиза, но потом, теряя уверенность, добавила: — Вообще-то, давай поговорим об этом утром.

— Хорошо. Отдаю трубку маме.

— Я тут подумала, — сказала Эми, — может, обзвонить больницы? Если Дэвид попал в аварию, они...

— Постой-ка, — перебила ее Лиза, чувствуя, как сердце начинает колотиться в груди, — кто-то пытается ко мне пробиться. Я перезвоню, — и, зная, что, если это опять мать, она не выдержит и закричит, переключилась на вторую линию.

— Милая, это я.

— Дэвид! О Господи! — вскричала Лиза, зажимая рот рукой. У нее буквально подкашивались ноги от радости. — Где ты? Что случилось? Я так волновалась. Все в порядке?

— Уже да, — ответил он тоном, в котором удивительным образом соединялось добродушное подшучивание и усталость. — Но вечер у меня выдался еще тот. Ты не поверишь, что произошло.

Для Лизы это уже не имело значения. Главное, чтобы с Дэвидом все было хорошо.

— Где ты? — спросила она.

— Дойдем и до этого.