Лилиан представила себе, какое впечатление производило все это запустение на живущего по соседству Эда. Еще через пару недель Эд или кто-нибудь из соседей, ругаясь сквозь зубы, сам пришел бы косить газон Рэкли. Здесь любили ухоженные дворики.

– И что теперь? – спросила она Трейса.

– Припаркуйся у последнего дома и жди меня там.

Лилиан хотела возразить, но прикусила язык. Она ведь обещала делать все, что он скажет. Но тогда ей не пришло в голову, что придется ждать в машине, пока Трейс будет копошиться там, в темноте. А она не любила ждать.

– Ты точно не хочешь, чтобы я пошла с тобой? – спросила Лилиан.

– Тебе ни к чему прибавлять к обвинению в укрывательстве преступника обвинение в незаконном вторжении.

– Но я могу быть твоим прикрытием, если кто-нибудь…

– Лилиан, ты обещала.

Тяжело вздохнув, Лилиан остановила машину там, где велел Трейс.

– Хорошо. Но ты же не станешь обвинять меня в том, что я попыталась тебя уговорить.

Прежде чем встать, Трейс поцеловал ее в щеку.

– Вернусь раньше, чем ты успеешь соскучиться.

«Вряд ли тебе удастся вернуться через секунду», – подумала Лилиан.

Трейс перелез через сиденье и вышел через багажную дверь, чтобы в салоне не зажегся свет.

– Заглуши мотор, хорошо? – бросил он через плечо. – Не обижайся, но эта штука рычит, как танк. Тебе нужен новый глушитель.

Лилиан выключила мотор. Неожиданно ей стало вдруг немного страшно в полной тишине в конце обсаженной дубами улицы. Она повернулась, чтобы посмотреть, где Трейс, но его уже не было видно.

Было слишком тихо. А что если Трейс прибежит сейчас обратно, спасаясь бегством, а машина выкинет свой старый трюк – не захочет заводиться? Что если приедет Рэкли и застанет Трейса внутри?

Прекрати! Лилиан поняла, что не стоит позволять снова разыграться своему писательскому воображению.

Рэкли не должен здесь появиться. Это было бы слишком чудовищным совпадением.

Но, прежде чем Лилиан успела успокоить отчаянно бьющееся сердце, к дому Брайанов подъехал их старый огромный «Кадиллак». Фары машины скользнули по крыльцу Рэкли. Прежде чем фары осветили дверь в гараж Эда, Лилиан успела заметить притаившегося за кустом Трейса, она задержала дыхание.

Эд Брайан распахнул дверь и вышел из «Кадиллака». Вместо того чтобы обойти вокруг машины и открыть дверцу перед Тэмми, он стал вглядываться в тень кустов, за которыми сидел Трейс. Неужели Эд увидел его?

Лилиан быстро выпрыгнула из фургона, понимая, что ей необходимо вмешаться. Отвлечь Эда, придумать что-нибудь, чтобы он не решил, что Трейс – взломщик. Тот факт, что он собирался проникнуть в дом Рэкли, еще не делал его взломщиком. Но Эд ведь может этого и не понять.

Скорчившись за кустами в немыслимой позе, Трейс готов был молиться, чтобы Всевышний сделал его невидимым. Черт побери, всего неделя без работы – и он потерял квалификацию настолько, что этот старый гусь сумел его заметить.

При звуке захлопнувшейся двери горло его сжалось. Трейсу не надо было выглядывать, чтобы понять: это хлопнула дверца фургона и тихие шаги, которые он слышит, – шаги Лилиан. Сам виноват, черт побери. Надо было приказать ей сразу уезжать, если кто-нибудь появится. Как только они выберутся отсюда – если они отсюда выберутся, – он задаст Лилиан хорошую трепку. Сразу же после того, как зацелует ее до беспамятства. Интересно, что она придумала.