– Как продвигается книга, над которой ты работаешь? – Трейс собирался спросить совсем о другом. И едва произнеся эти слова, почувствовал себя дураком. И трусом.

Лилиан настороженно посмотрела ему в лицо.

– Последнее время я не работала.

О'кей, итак, он оказался трусом. Теперь можно повернуться и убежать.

– Ему нужна женщина, – сказал вдруг Трейс.

Лилиан нахмурила брови.

– Что?

– Твоему герою. Ему нужна женщина, которую он мог бы назвать своей.

Трейс смотрел на нее в упор, и от этого Лилиан стало совсем не по себе. Она словно лишилась дара речи. Надо срочно придумать ответ на это заявление. Нечто такое, что разрядило бы ситуацию. Но Лилиан хватило лишь сил выдохнуть еле слышно:

– Ты действительно так думаешь?

Трейс кивнул, не замечая, как жадно всматривается в лицо Лилиан.

– Да. Такому парню, как Джейк, часто приходится не сладко. Он чувствует внутри пустоту. Если бы у него была женщина, способная понять его, принять таким, какой он есть, заполнить пустоту внутри, у Джейка не возникало бы время от времени такого чувства, словно он только подсматривает за жизнью, находясь где-то за ее пределами.

– Но где… – Лилиан облизала неожиданно пересохшие губы, – где он найдет такую женщину?

– Даже не знаю. Возможно, ему придется скрываться. А она спасет ему жизнь. Это будет решительная женщина, готовая пожертвовать для Джейка своей жизнью.

Теперь Трейс смотрел прямо в глаза Лилиан. Кроме страсти и желания, она вдруг увидела в этих глазах то, чего никогда не видела раньше. Она разглядела уязвимость, ранимость Трейса. Колени ее задрожали.

– Возможно, она будет жить за городом, – продолжал Трейс. – Пусть это будет школьная учительница. Или писательница. – Взглянув вниз, Трейс увидел Волосатика, описывающего вокруг его ног восьмерки. – У нее острый язычок и домашние животные с дурацкими именами, на которых у Джейка аллергия.

Теперь у Лилиан дрожали уже не только колени.

– Что-нибудь еще? – спросила она.

– Да. – Трейс вынул руки из карманов. – Ей придется прямо сказать, что она любит его, потому что он сходит по ней с ума, но не умеет вести себя в подобных ситуациях и не уверен, как она к нему…

Лилиан плохо различала Трейса из-за застилавших глаза слез.

– Трейс? – тихо произнесла она.

– Да?

– Я люблю тебя.

Он тут же схватил Лилиан за плечи и крепко прижал к груди. И лишь затем сделал то, о чем так давно мечтал, – впился в ее дрожащие губы и почувствовал вкус ее слез, отчего у него защемило сердце. Как приятно было снова прижимать ее к себе. Руки Трейса жадно скользили по телу Лилиан, касаясь его везде, где только можно. Сладкая дрожь охватывала Лилиан от каждого его прикосновения, и в ответ он хотел ее все сильнее.

Трейс смутно сознавал, что руки его ходят ходуном. Черт, да он весь дрожит. Он целовал Лилиан вновь и вновь, сердце его бешено колотилось в ответ на произнесенные только что слова любви.

– Ты уверена? – спросил он, ненадолго оторвавшись от ее губ. – Ты должна быть уверена.

Обвив руками Трейса за шею, Лилиан поцеловала его, вложив в поцелуй все, что могла и хотела дать.

– Никогда в жизни не была так уверена в чем-либо. – Она прижалась к Трейсу и хотела сказать что-то еще, но он уже опять завладел ее губами, а поцелуи казались сейчас важнее любых разговоров.