В первые же дни близкого знакомства Шеннон посвятила подругу в тонкости задуманной ею переписки. Сусанна вполне одобрила подобную идею, посчитав достаточно разумной и перспективной.

— Вот только не понимаю, — добавила она, в сомнении качая головой, — зачем тебе понадобилось выбрасывать целых двадцать писем. А вдруг среди них были вполне достойные кавалеры?

Шеннон укоризненно взглянула на Сусанну.

— Неужели ты ничегошеньки не поняла из того, что я тебе рассказывала? В моей жизни отныне нет места мужчинам, для которых одним из важнейших критериев при оценке женщины является внешность.

Сусанна слегка нахмурилась.

— Тебе не кажется, что ты слегка перегибаешь палку? Нельзя же столь категорично относиться к невинной просьбе прислать фотографию.

Однако Шеннон осталась непреклонной.

— Нет. Я больше не намерена рисковать. С меня хватит шовинистов.

— Но рано или поздно тебе все равно придется встретиться с тем, кого ты выберешь, продолжала настаивать Сусанна. — Если, конечно, в твои намерения не входит лишь роман в письмах.

— Напрасно ехидничаешь. Это я знаю и без тебя. Но к тому времени, когда наступит пора первого свидания, мой избранник уже будет ценить и любить меня исключительно за внутренние качества. Моя же внешность станет лишь милым дополнением, так сказать, неожиданным, но отнюдь не неприятным сюрпризом.

— А если красота, напротив, отпугнет его? вдруг предположила Сусанна.

Шеннон задумалась.

— Честно говоря, мне и в голову не приходил такой вариант. А почему она должна отпугнуть?

— Ну, причин может быть несколько… Сусанна приготовилась загибать пальцы. — Во-первых, твой обожатель может оказаться, мягко говоря, весьма средней наружности. И он может решить, что попросту тебя недостоин.

— Но для меня внешность — не главное, попробовала запротестовать Шеннон. — Я тотчас же объясню, что нисколько не постесняюсь появиться с ним на публике.

— Зато твоему кавалеру едва ли захочется все время думать о том, что говорят о вашей странной паре окружающие Будь уверена, никому не понравится чувствовать себя вторым сортом, предметом нескончаемых насмешек.

Шеннон нехотя согласилась:

— Пожалуй, в чем-то ты и права… Но это крайний случай. Ты обещала назвать и другие причины, по которым мое первое свидание грозит окончиться провалом.

Сусанна с готовностью ответила:

— Пожалуйста! В объявлении о знакомстве ты косвенно дала понять, что не отличаешься привлекательностью. А что, если, увидев воочию, мужчина упрекнет тебя в гнусном обмане?

— О, этот вариант я продумала! — засмеялась Шеннон. — Тогда я посоветую ему повнимательнее читать, что написано. Я упомянула, что не фотомодель. Но ведь это и в самом деле не моя профессия. Так что меня никак нельзя уличить во лжи.

Подобная находчивость позабавила Сусанну.

— А тебе, оказывается, палец в рот не клади… Ладно, оставим. А что ты скажешь, если мужчина намеренно избегает красивых женщин? Например, ненавидит или боится их?

Или настолько ревнив, что предпочитает видеть рядом с собой дурнушку, на которую никто не позарится?

— Значит, у него не все в порядке с головой, — не задумываясь, ответила Шеннон. — А от таких я и сама рада держаться подальше.

Поняв, что у подруги на все готов ответ, Сусанна шутливо подняла руки кверху.

— Хорошо, сдаюсь. Поступай, как знаешь.

Вот только не говори потом, что я тебя не предупреждала.

— Договорились. — Шеннон решила перевести разговор на более волнующую ее тему.