— Потому что что-то в делах Лукинза нечисто.
— В таком случае, остается надеяться, что Стейси Эпплтон не использует собранный против тебя материал.
— Нет, именно на это надеяться и не приходится. Она обязательно найдет применение отчету твоего коллеги-детектива. Но мне кажется, что произойдет это не сразу. Стейси дождется, пока я соберу побольше доказательств преступной деятельности Лукинза, и в самый критический момент передаст газетчикам компрометирующие меня материалы. И репортеры набросятся на меня, вместо того чтобы вплотную заняться Лукинзом.
Произнося эти слова, Артур до конца не верил, что Стейси настолько хладнокровна и жестокосердна. Его личные наблюдения доказывали наличие у нее хотя бы небольшого интереса к нему. Возможно, она в самом деле не станет применять тот рапорт. Но как бы то ни было, ему следовало приготовиться к контратаке.
— Ты должен увеличить возможности и силу своего противодействия, — сказал Хэнк.
— И как, по-твоему, это можно сделать?
— Найди какой-нибудь скелет в шкафу Сеймора Лукинза. А еще лучше — несколько.
— Уже искал. — Артур со вздохом развел руками.
— Ты искал в его бизнесе. А тебе следует обратить внимание на личную жизнь Лукинза. Узнать, не изменяет ли он жене. Хорошо ли относится к детям. Не употребляет ли наркотики или что-нибудь в этом роде. Уверен, если хорошо потрудиться, можно много всякого найти. И все это окажется гораздо более компрометирующим, чем твоя, совершенная в юношеском возрасте, кража.
— А ты не мог бы помочь мне в поисках?
Хэнк поскреб ногтем наклейку на бутылке.
— Вообще-то мог бы… но только если ты достанешь мне билет на футбольный матч, который состоится на нашем центральном стадионе в следующем месяце.
— Достану, — кивнул Артур. — Это не составит мне труда. Найди стоящий материал на Лукинза, и я дам тебе пропуск в ложу прессы, действительный в течение всего сезона.
Раздался звонок в дверь, и Хэнк вскочил с дивана.
— Прибыла наша пицца!
Артур тоже встал и направился в прихожую, на ходу вынимая бумажник.
— Стой! Сейчас моя очередь платить.
Хэнк спорить не стал, и спустя минуту Артур вернулся в гостиную с большой плоской коробкой. Приятель поставил ее на кофейный столик, а сам побежал на кухню за ножом. Но принес не только его, а также два посудных полотенца, одно из которых дал Артуру.
— Только не говори Лоре, — предупредил он. — Она убьет меня, если узнает, что мы вытирали руки этими штуками. Лора надраивает ими тарелки.
— Кстати, а где они с Эриком?
— Отправились проверить, как продвигается ремонт в их квартире.
— Вижу, тебе приходится нелегко в собственном доме. Перебирайся ко мне, пока не съедет эта парочка. Места у меня достаточно.
— Нет, спасибо. Все равно мне долго у тебя жить не придется.
— Это почему же? Ремонт заканчивается?
— Нет, просто скоро у тебя поселится эта твоя Стейси.
Артур рассмеялся, но даже ему самому собственный смех показался несколько искусственным.
— Почему же моя? И почему ты думаешь, что она у меня поселится?
Эх, а неплохо было бы, если бы Стейси и впрямь переехала ко мне! — мелькнула у него мысль.
— Потому что у тебя нет выбора, — спокойно заметил Хэнк, разрезая горячую пиццу на порции. Затем взял себе кусок и принялся дуть на него, чтобы остудить. — Такова твоя судьба. Хочешь не хочешь, а придется действовать в духе семейного предания.
— Это ты насчет спасения девушки, которая потом должна стать невестой вызволившего ее из беды парня из рода Бакстеров? Говорю же тебе, я Стейси не спасал. |