Ну, в общем, через полмесяца прислали ко мне депутацию. Мужики взмолились, мол, тебе, шалун, это забава, а нам, предпринимателям, один убыток.

— Ну?

— Чего «ну»? Я ж не зверь — дал отбой баловству.

— Хороша забава! Это же затраты какие! Кучу бабок, небось, угрохал! Сколько ты там потратил на все это безобразие, только честно?

— Не очень много. Эксперимент обошелся мне в шесть тысяч.

— Чего? Рублей?

— Да, шесть тысяч иностранных рублей.

Назар застонал, схватился за голову:

— Охренел! Просто так… Такие деньжищи выбросил! Шесть штук баксов!

Поставив на крышку входного люка кофейную чашку, Глеб продолжил собирать разбросанные по палубе свободные веревки и свертывать их в аккуратные мотки.

— Ну, Вадик, ты бы так не расстраивался. К твоему сведению, я ведь тогда спорил на десять тысяч. Тот провинциал в баре оказался джентльменом.

— Ты выспорил у него десять штук баксов?!

— Не-а, не долларов… Евро.

— A-а, ну, конечно, тогда другое дело… — не успев толком саркастически засмеяться по поводу возможных выспоренных капитаном Глебом рублей, Вадик откашлялся и снова внимательно уткнулся в сложенный парус.

— Говорю же тебе — баловался. Когда я справился со своими делами и уехал из того городка, мои шаловливые плакаты тут же мгновенно сняли. Сейчас, наверно, на этих щитах снова реклама пива висит, не знаю, не интересовался. Кажется, при нашем споре с местными и Жанкин пивной олигарх тоже временно присутствовал, — Глеб любовно осмотрел прибранную палубу и щелчком поднял на лоб согнутый козырек мятой бейсболки.

— Ты-то чего все с Азбелем гавкаешься? Расскажи-ка мне поподробней про эти рыболовные участки. Чего сам по поводу ваших разногласий думаешь? Далеко у вас это зашло?

— Да вообще-то, нам с Мареком все еще можно по-тихому сделать, по-свойски. Мы же и не враждовали последнее время особенно-то.

— Ты ладно, с тобой все ясно. А твои партнеры? Ты что, не понимаешь, что ссоришься со всеми нашими из-за каких-то случайных, едва знакомых тебе мародеров? Марек ведь серьезно считает, что это ты своих автомобильных бандюков специально в эту тему тащишь!

— Да не тащу я их, не так все это!

Когда мы еще машины вместе с ними из Польши гоняли, они и попросили меня над этим вопросом поработать. Ну, сейчас это все, конечно, прошло, у меня с ними уже все почти развязалось, я позавчера к Мареку приехал на эту тему поговорить, правда, кирнул перед этим немного по поводу, а он как с цепи сорвался, вредничал… Ничего, ничего, весна покажет, кто где гадил!

Глеб Никитин мрачно наставил указательный палец на Вадика.

— Брэйк. Сейчас приедет кучерявый — все и выясните. До конца. Я у вас буду рефери на ринге. Учти, лишних вредных движений не допущу.

— Ты так всегда со своими клиентами обходишься?

— Вроде того, — Глеб прищурился. — Не боись, шкипер, прорвемся.

— А чего тут бояться-то! У нас ведь генералы рыдали как дети!

К дальним гаражам подъехали две машины. Где-то на воде за высокими темными деревьями резко реванул и заурчал мощный подвесной двигатель. Около неказистой яхт-клубовской «дежурки» появились люди.

Назар толкнул Глеба локтем:

— Смотри, смотри!

От шумной компании, как-то совсем неожиданно появившейся у ворот, тихонько отделилась и, не спеша, стала прогуливаться вдоль пустынного причала все ближе и ближе к ним девчонка лет семнадцати.