Яхта вильнула, на малом ходу мягко приткнулась к травяному берегу и замерла.

На стекло бокового иллюминатора снаружи хлынул поток близких камышей, а за ними, в ивняке, Глеб, поднимаясь с пола каюты из лужи разлившегося чая, успел увидеть фигуру в камуфляже. Человек неловко убегал.

В проем каюты начал медленно падать Вадим. На правом плече, на рукаве и под воротом его светлой джинсовой куртки расплывалось темно-красное пятно. Вадим попытался схватиться за кромку люка, задержаться, но не успел сжать слабые пальцы, мягко упал вниз по ступенькам сначала на колени, а потом уже ударился о пол головой.

— Рули сам. Я, я… Герка, наверно, за Жанку… Все-таки решился…

Очень звонко, пронзительно играет гармошка. Глухой топот, гул, пьяные женские взвизги, вокруг много разных людей… Свадьба, какое-то тесное помещение, белое-белое… A-а!.. Это невеста, большая, высокая… Люди бросают к потолку звонкие блестящие деньги… Глаза каждый раз внимательно запоминают те места на крашеных досках, куда падают и закатываются самые крупные монеты.

Это случится, обязательно случится — все будет не так, наступит другая, богатая и счастливая жизнь… Другая жизнь… Обязательно.

…Серебряный доллар на цепочке, на шее, — приятная металлическая тяжесть — прохладная мечта! Темная рука медленно тянется к цепочке… Сколько же эти сволочи будут еще мешаться под ногами… Хорошо бы… Стоит только закрыть глаза — очень большая яхта у чужого пряного берега, стрекочущая темнота тропиков, размытые лица и четкие смокинги, сладкий дым сигар…

Начинал накрапывать дождик. Делая вид, что рады, они обе почему-то неловко не встречались взглядами.

— Представляешь, я ведь так и знала, что это ты! Как только с поворота увидела впереди такси, так сразу и поняла, что это ты ко мне направляешься! Дождь-то какой захлестал, ужас! А ты чего так долго-то? Ведь вчера же в десять договаривались? Хорошо, что застала меня случайно, не разминулись. Я-то сама с утра срочно выскочила к своей парикмахерше, ты же Альбинку из «Престижа» знаешь? Представляешь, звонит она мне с утра, так, мол, и так, приезжай обязательно, одна клиентка на пол-одиннадцатого отказалась, есть окошко, давай быстрей, не откладывай! Кошмар! Ну, я не стала тебе звонить, думаю, может, спишь еще, ну, всякое такое…

Галина Азбель тараторила, не глядя на Жанну, одновременно закрывала машину и выгружала на землю какие-то большие свертки.

— Ничего, я тоже утром не могла к вам подъехать, только сейчас и освободилась.

Жанна зябко поежилась под зонтиком.

Внимательно осмотрев покупки, Галина с силой хлопнула багажником.

— Интересно, как там у мужиков-то дела? Промокли, небось, уже с самого утра на речке-то? Ну, ладно, бог с ними, пошли скорей в дом, чего тут в лужах-то торчать.

Сигнал подъехавшей машины застал женщин на ступеньках маленького дома.

— О, накаркала! Мой уже примчался! Долго жить будет. Чего это он так рано со своей любимой рыбалки сорвался-то?

Суетливо-радостный Марек даже не стал загонять свой «Патрол» во двор и сразу же бросился через дорогу к Галине.

— Ну что, девчонки, загрустили-то! Знаете, а я ведь сегодня на рыбалку с мужиками как бы и не попал — машина вот некстати сломалась, полдня с ней возился! Галюнь, представляешь, я ведь в город ездил, в автоцентре на Крестовской только вот сейчас мне все и сделали. Ну, это и к лучшему, с мужиками-то нашими что — одна только пьянка, а с вами, девочки, можно и без алкоголя счастливым человеком себя чувствовать! Опять же, к обеду я поспел вовремя, правда, Галюня? Давайте, давайте проходите в дом! Жанна, а ты чего мокнешь? Проходи, проходи, давненько ты у нас не была, посмотришь, как у нас тут с супругой все устраивается! Давайте, быстрей греться и обедать будем!

Не очень активно, неспешно, скорее даже безучастно, Жанна задавала хозяйке вежливые вопросы.