Отметив еще в холле гостиницы оранжевую рубашку и зеленый галстук Глеба, Галина решила, что настало время для тщательного комплимента.

— Как стильно все это у вас!

— Только для вас, мэм! По секрету сообщаю, что у меня к этому гарнитуру есть еще и чудные желтые брюки, но их я приберег для более торжественного случая, сорри! Да и в смокинге я, конечно, внушаю барышням большее доверие…

Интерес дамы на этот раз был абсолютно неподдельным.

— У вас есть собственный смокинг?!

— Нет, я беру их напрокат. А вообще, в то время как многие мужчины к своей внешности относятся с некоторой небрежностью, я — с полной.

— А зачем вам был нужен смокинг? Вы занимались в нем чем-то интересным?

— Меня попросили тогда понаблюдать со стороны за поведением одной дамочки. Нужно было проанализировать ее действия в одной щекотливой ситуации. Она замахнулась на наследство мужа и была готова перейти к самым решительным и глупым действиям. Муж этой особы давал ей достаточные для красивой жизни карманные деньги, а сам был при этом жизнерадостным импотентом. Ее эти мелочи не удовлетворяли. А тебя, любезная подружка, такие мелочи смогли бы удовлетворить?

Тихо выдохнув, Галина потупила глазки:

— Не удовлетворили бы…

— Иногда бывает полезно посмотреть на себя в зеркало, красавица. Нет, нет, совсем не так, как ты сейчас пытаешься глядеться в это гостиничное убожество! Остановись как-нибудь на минуту, присядь на домашний диванчик в одиночестве и подумай, посмотрись в себя. Если хорошо поразмыслишь, то поймешь, что и не хитрая ты вовсе, и не загадочная. И люди вокруг тебя не сплошные уроды и недоумки, а в большинстве своем гораздо умней и образованней, чем ты. Да и относятся они к тебе совсем не так, как ты себе напридумывала.

Взволнованная Галина взмахнула рукой:

— Я хотела бы, чтобы…

— Хоти, ласковая моя, хоти. В меру или без меры. Но не обижай при этом людей.

— Нет, вы меня неправильно поняли. Я хотела просто спросить, почему вы со мной так разговариваете?

— Из любви к искусству.

— И еще, — капитан Глеб Никитин насмешливо посмотрел на уже взявшуюся за ручку входной двери Галину. — Я занимаюсь этими не очень приятными беседами, уважаемая домовладелица, потому что меня, к счастью, интересует не ваше мнение.

То, что искать нужно не в городе, Глеб понял после звонка в магазин.

Домашний телефон Даниловых не отвечал, а продавщица «со всей ответственностью» заявила, что «… Жанна Владимировна будет на работе только в понедельник».

Невнимательно протягивая ключ от номера дежурной, Глеб стал искать на мобильном нужный номер. Верный Панса ответил тут же.

— Где на новом? А помнишь, где брата моего хоронили два года назад, справа-то будут новые могилки и посадки березовые. Там, по-моему, еще мосток через канавку из светлых досок перекинут. По нему и иди. Метров через сорок прямо и увидишь.

— Ладно, понял, спасибо. Не забыл, что вечером у тебя собираемся? Есть что сказать… — слушая рассудительный ответ Виталика, Глеб Никитин догадался, что тот продолжает что-то неторопливо жевать.

Простор нового кладбища поражал.

Широкие кварталы захоронений резко отличались высотой разновременно посаженных берез и елок. Недавние могилы выделялись яркоцветьем венков, блестели металлическими крестами и влажными памятниками из светлого камня.

Даже сквозь листья маленьких деревьев он увидал ее издалека. Жанка сидела на скамеечке, поджав ноги и слегка наклонившись вперед.

Она не вздрогнула, не испугалась, когда Глеб прикоснулся к ее плечу.