Как там говорила Кейт? «Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты»? Никогда прежде одна простая фраза не значила для него так много, хотя он и понял ее подлинный смысл гораздо позже, чем следовало.

Как он хотел поехать сейчас к Кейт! Но если даже она и примет его, он подвергнет ее большой опасности. Они похитили Вилли, а ведь Вилли голыми руками не возьмешь. Если они смогли похитить его, то уж ее-то — проще простого. Кейт нужно предупредить, и как можно скорее.

Патрика начало мутить от страха. Он наконец признался себе, что основательно влип.

Глава 7

Стрелки показывали три часа ночи. Кейт едва держалась на ногах. От Мэри Паркс они ничего не добились: та скороговоркой поносила Керри, рассказывая, какая она ужасная мать и как самоотверженно она, Мэри, присматривала за детьми — прямо мать Тереза. Мэри явно что-то скрывала. Но работник опеки потребовал прекратить допрос бедной девочки и к обеду доставить ее домой. Кейт заметила самодовольную улыбку на пухлой физиономии Мэри и еле удержалась, чтобы не врезать ей как следует. Допрос этой девицы оказался пустой тратой времени. Мэри твердила, что она, как обычно, положила детей спать и ушла. Надавить на нее не могли, так как она была несовершеннолетней. Жаль, что родители не считали ее таковой, глядишь, и не сидела бы сейчас в камере полицейского участка. Кейт не сомневалась: это не последняя камера в жизни Мэри Паркс. Она поговорила с Дженни Бартлетт и отправила ей все материалы дела. По плану Дженни предстояло присоединиться к ним через день-другой. Итак, помощь в лице еще одного очень хорошего специалиста на подходе. Но уже сейчас чутье подсказывало Кейт, что похищения детей связаны между собой. Должен существовать общий знаменатель, которого она пока не нашла. Отпивая чуть теплый кофе, она увидела идущую к ее кабинету Джоанну Харт. Кейт поднялась ей навстречу. Войдя, Джоанна спросила:

— Мэри Паркс уже уехала?

Кейт кивнула.

— Вам лучше привезти ее обратно. Сейчас увидишь, что мы нашли в спальне Керри!

Вилли открыл глаза в кромешной темноте и тут же закрыл их снова. Он по-прежнему находился в состоянии шока. Кем бы ни были его похитители, они выследили его, и Вилли злился на себя за свою неосторожность. Рядом с Патриком Вилли всегда держал ушки на макушке. Осторожности его лишило общество Морин. Мысли о ней встревожили его. Они и ее похитили? В порядке ли она? А Патрик тоже у них в руках?

Вилли попытался успокоиться. Похитители — явно профессионалы, значит, с ним будут обращаться хорошо, пока в нем есть нужда. А сейчас ему следует подумать о том, как действовать, если подвернется возможность удрать. Нужно выяснить, где он находится, сколько здесь охраны, сможет ли он достать хоть какую-нибудь машину.

Одновременно он переживал за брата. Удалось ли ему выиграть бой? Вилли не мог подолгу зацикливаться на одной мысли. Так уж он был устроен.

Томми Броутон открыл дверь. Перед ним стоял мрачный Патрик Келли. Под его курткой угадывались очертания пистолета.

— Привет, Томми! Ты один?

— Да. Моя старушка уехала отдыхать с детьми. Что случилось, Пэт?

Не дожидаясь приглашения, Патрик вошел в дом.

— Я полагаю, это ты должен мне сказать, в чем дело, приятель.

Томми побелел:

— Я ничего не знаю, Пэт, кроме того, что фараоны приходили в клуб с ордером на твой арест. Я пытался связаться с тобой, но не мог найти тебя и решил, что ты залег на дно. Я ждал, что ты меня найдешь.

— Именно это я и сделал. Явился к тебе собственной персоной. — Патрик прошагал через всю гостиную и плюхнулся на диван.