Он усмехнулся:

— Видите, у нас с вами гораздо больше общего, чем вы думаете.

Кейт медленно ехала назад в участок. Она обдумывала свои дальнейшие действия. Прежде всего она позвонит Голдингу и попросит его найти личное дело Гарольда Баркера. Также она попросит проверить Роберта Бейтмана — просто так, в отместку.

Кейт курила одну сигарету за другой. Подъехав к управлению, она увидела съемочные группы и журналистов из желтых газетенок. Она вздохнула: как же они надоели! Осторожно проезжая сквозь толпу, она думала, какова будет их реакция, если она арестует половину из них за создание помех дорожному движению. Несмотря на такие мысли, в следующих выпусках новостей она выглядела улыбающейся и свежей.

Джеки Палмер крепко обняла сына. Дженни и Кейт видели, что мать и сын любят друг друга. Мартину же очень нравилось всеобщее внимание. Сидя у матери на коленях, он сдавил ее руку словно тисками и отчетливо произнес: «Мама целовать».

Джеки нежно его поцеловала.

— Зачем кому-то понадобилось прятать моего Марти в грузовик? — спросила она. — И кто эта блондинка, о которой все говорят? Бессмыслица какая-то.

Кейт покачала головой:

— Это нам и предстоит выяснить. Свидетели описывают женщину, очень похожую на вас.

Джеки выглядела растерянной:

— Но ведь камеры…

Дженни ее перебила:

— Камеры показывают только одно: вы появлялись на работе в тот день. Они не показывают, как вы весь тот день провели. Да, видно, что вы входили в салон и выходили оттуда. Но существует задняя дверь, через которую можно выйти и через пятнадцать минут оказаться возле детского сада, а еще через пять — на стоянке грузовиков.

Джеки сидела потрясенная.

— Видите ли, дорогая, пока мы не знали, где мальчик, мы верили вашим словам. Но теперь мы знаем: вы могли выйти из салона, дойти до стоянки и вернуться обратно через сорок минут. Никто не может подтвердить, что вы никуда не уходили, правильно? Вас видели только в определенные моменты.

Джеки ошеломленно спросила:

— Вы что, серьезно думаете, будто я могла такое сделать?

Мартин скривился, услышав, что голос Джеки становится все громче и громче. Он повернулся к матери и попытался обнять ее за шею. Она довольно грубо отпихнула его и злобно произнесла:

— Вы набросились на меня, потому что я под опекой, да? Вы не повесите это на меня, я вам не Керри Элстон и не одна из тех тварей, с которыми вы общаетесь.

Теперь Мартин громко заплакал. Схватив его под руки, она прокричала ему в лицо:

— Да заткнись ты, ради бога, тупая кукла!

Кейт и Дженни вздрогнули, а женщина-полицейский вырвала кричавшего ребенка из рук матери. После этого Джеки Палмер заплакала, как маленькая девочка.

Слова Роберта Бейтмана все еще звучали в мозгу Кейт, и она сочувствовала девушке, сидевшей перед ней. Но, как часто говорила Дженни, свидетели — это самое ценное, что имеется при расследовании любого дела, и в данном случае свидетели видели данную женщину на месте преступления, совсем близко от ее работы. Джеки Палмер уже была замечена в плохом обращении со своими детьми.

Как можно идти против фактов?

Кейт открыла папку, лежавшую на столе. Быстро пролистав документы, она узнала, что Роберт Бейтман — уважаемый социальный работник, занимающий достаточно высокий пост, ведущий специалист по борьбе с насилием в семье. Признанный авторитет по сломленным семьям, сломленным судьбам.

Голдинг принес Кейт кофе, хотя она его об этом не просила. От его поступка у нее стало теплее на душе.

— Спасибо. Очень кстати.

Он кивнул и сообщил:

— Ничего не могу найти на Баркера. Ничегошеньки.