Вот только, молодой капитан едва ли думал о дифирамбах, что пели люди в его честь.

Том видел его лицо, в тот момент, когда Дмитрий пришёл к нему, чтобы доложиться о состоянии корабля. Это было лицо человека, который стыдиться того, что выжил тогда, когда все его товарищи и друзья погибли. Вина выжившего неподъёмным грузом давила на его плечи. А постоянные упоминания его имени в выпусках новостей Нового Руана лишь усугубляли ситуацию. В тот момент, когда все восхваляли его, как умелого и отважного капитана, он проклинал судьбу и ту странную удачу, которая обходила его стороной во время всего прибывания «Вобона» в составе Тринадцатой. И, словно решив в очередной раз насмехнуться над капитаном, фортуна решила на короткий, до чудовищного жесткой миг, повернуться к капитану и его кораблю лицом.

— Знаешь, — нарушила тишину Рита, забравшись на диван и поджав ноги, — после той встречи у губернатора, я всё ждала, что ты напишешь мне или позвонишь. Думала, что мы встретимся.

В её голосе промелькнула лёгкая, едва заметная для сидящего рядом с ней мужчины обида.

— Прости, — лишь снова повторил Том, — мы тогда только узнали обо всё происходящем. Приказы посыпались один за другим...

— О, поверь, я понимаю. Если бы не профессор Отис, то мы уехали бы ещё тогда, когда появились первые слухи о войне. Но он отказался покидать систему из-за запланированного эксперимента...

— Как вы, кстати? Не известно, когда вас наконец вывезут с планеты?

— Всё ещё сидим тут, — Рита недовольно фыркнула в чашку и обвела рукой помещение своей квартиры, — Нам запрещено покидать город из-за расследования того, что произошло на станции. Военные почему-то считают, что мы сможем сказать им что-то ещё...

Она продолжила говорить и ворчать на ситуацию, но Райн знал, что правда была в другом.

Дело было даже не столько в эксперименте, а в том, что произошло почти одновременно с ним. Десантники сержанта Меткалфа обнаружили следы использования военной взрывчатке на несущих конструкциях станции. Явный признак того, что кто-то умышленно пытался разрушить «Арфу». До сих пор было не известно, кто именно был за это ответственен. Именно в этом крылась причина того, что группу студентов, возглавляемую профессором Отисом, до сих пор не отправили с Нового Руана. Подозрения лежали абсолютно на всех, хотя большая их часть была направлена в сторону технического и обслуживающего персонала «Арфы». И если это предположение было верно, то они уже никогда не смогут узнать, кто именно стоял за всем этим. Уж точно не после того странного и жуткого явления, которое произошло с людьми на станции.

Райн знал об этом лишь благодаря тому, что сам несколько раз проходил через допросы после окончания Второй битвы за Нормандию.

— Мне очень жаль, что с твоими глазами так получилось. Я помню, что ты рассказывала о синдроме, но надеялся...

— Надеялся на то, что у меня его нет? — грустно улыбнулась в ответ она, отведя взгляд искусственных глаз от его лица. — Я тоже. Знаешь, когда я об этом узнала?

— Нет.

— В тот день, когда мы расстались.

Рита обхватила чашку двумя руками, баюкая её в ладонях.

— Знаешь, я ведь не врала. Тогда. Я действительно боялась открыть то сообщение. Как маленькая дурочка, хотя столько уже всего сделала в своей жизни... А в итоге, когда увидела тебя. То, с какой решительностью ты тогда принял решение, то наконец решилась и сама. А это...

Она поднесла пальцы к глазам и улыбнулась.

— Не переживай. Даже эти «глаза» не такие уж и плохие, хоть и временные. Единственная проблема, что цвета не передают, так что жизнь превратилась для меня в чёрно-белый фильм. Прямо, как то древнее кино.