— Хочу дредноут, — заявил Дэвис с какой-то наигранной, почти детской капризностью, — как один из твоих. Новеньких.

Террадок указал пальцев в сторону широкого панорамного обзорного экрана, который сейчас показывал ремонтные доки станции. Там отчётливо были видны семь огромных монстров, что сейчас проходили спешное техническое обслуживание.

От такого требования Михаил даже рассмеялся.

— Забирай хоть все, Дэвис...

— Ну вот и отлично...

— Только сам потом разбирайся с коммодором Леви насчёт этого.

— Тогда спасибо, перебьюсь, — тут же ретировался ворчливый адмирал, — мне проще будет стащить парочку из-под носа сил обороны Фаэрона, чем что-то выпрашивать у этого самодовольного засранца.

Усмехнувшись, Гаранов открыл ящик стола и достал оттуда папку.

— На самом деле, Дэвис, я вызвал тебя не по этой причине.

— Да я уже догадался.

— Что ты думаешь о Райне?

Террадок двусмысленно и расстроенно хмыкнул.

— Ладно, признаю, не ожидал.

— А чего ты тогда ожидал? — с любопытством поинтересовался командующий верденским ВКФ.

— Ну, думал, что мы посидим, выпьем чего-нибудь хорошего и очень дорого, а затем поужинаем в лучшем ресторанчике в Лакруа, — с абсолютной убеждённостью во взгляде заявил Террадок, — за твой счёт, разумеется. Ну, знаешь, повспоминаем старые добрые деньки в академии. Когда трава была зеленее, а вакуум теплее.

— Вот ещё, — моментально фыркнул Гаранов, проведя рукой по своим усам, — угощать руководство флота — прерогатива младших по званию.

— Так и знал, что удобное кресло тебя всё-таки испортило, — наигранно проворчал Дэвис.

Эта фраза, сказанная в шутку, вновь вернула Михаила к тем мыслям, которые он испытывал после разговора с Райном.

— И всё же. Ты не ответил на мой вопрос.

— Наглый, зазнавшийся щенок... — моментально ответил Террадок, с тем самым выражением на лице, когда в его присутствие заходила речь об одном, крайне нелюбимым им адмирале с такой же фамилией.

— Но своё дело знает прекрасно, — практически сразу же добавил он, — по крайней мере на мой взгляд, Михаил. Ты знаешь, как я отношусь к его отцу.

— Ты его ненавидишь, — вздохнул Михаил.

— Я его ненавижу, — моментально и с жаром подтвердил Террадок, — но это не означает, что я не буду объективен. А ситуация такова. Райн и Мак’Найт, земля ему пухом, смогли собрать из того бардака, которым была до их появления Тринадцатая, слаженное и боеспособное подразделение. Под конец, они умудрялись надирать задницы нашим с Грегом ребятам на учениях и выигрывали в двух случаях из четырёх, а порой и трёх, даже тогда, когда перевес явно был не на их стороне. Уж не знаю, на сколько велика в этом заслуга самого Райна, но факт остаётся фактом.

— Я говорил с ним сегодня утром. Ты в курсе, что он признал, что умышленно выдавал свои приказы за приказы Мак’Найта?

— Даже так? — Террадок с интересом посмотрел на лежавшую на столе Гаранова папку, — забавно.

— И? Что ты об этом думаешь? — вновь спросил Михаил.

— Слушай, что ты хочешь от меня услышать?

— Я хочу знать, что об этом думаешь именно ты. О его действиях?

— Как твой друг? Или как офицер флота? — поинтересовался Дэвис.

— Как офицер флота...

— Ну, тут всё кристально ясно. Либо слушание СДКФ, либо трибунал. Тут уже, как карта ляжет. Но не думаю, что до военного суда имеет смысл доводить. А чего ты так удивлённо на меня смотришь? Миша, он фальсифицировал приказы, подписываясь именем своего начальника.