Димке не терпелось похвастаться, но он всё же спросил о Кате. И ответ ему не понравился. Он не ошибся, это действительно был другой, незнакомый ему город, и девушка оказалась здесь под присмотром "дяди" совсем не случайно. Стоило лишь исчезнуть защитнику, как на бедняжку сразу же накинулись со всех сторон. И в школе, и в подъезде. Даже собственная мать на пару с отчимом когда-то устроила скандал на весь подъезд. А родители Дмитрия оказались слишком оглушены ожидаемым, но от того не менее болезненным исчезновением сына.

И "дядя" просто перевёз невесту родича в другой город, организовал ей квартиру и даже умудрился устроить перевод в местную школу посреди учебного года. Вот только и здесь уже подозрительно посматривали на несовершеннолетнюю красотку с начинающим округляться животиком.

Странник был обижен, раздражён и обескуражен. Сражаясь за жизнь на далёких мирах, он вспоминал Землю, как далёкий рай, надёжную защиту, мечту о добре и спокойствии. Там, на грани между Тьмой и смертью, невозможно было помнить, как мелочны, неприятны и злопамятны могут быть обычные люди. И никакая магия этого не изменит. Не будешь же растворять в "дыхании тьмы" каждого хама или сплетника!

— Окстись, отрок! Посиди, подумай… И бога ради, растолкуй старому дурню, как тебе удалось вернуться самому?! Я долгие годы учился!

Всё ещё кипящий от возмущения Дмитрий всё же сел на скамью, и начал рассказывать. Совсем не то, что Сиятельной Леди, но ведь и интересовало её совсем другое. С самого начала. Про деревья и дикарей, про единорогов и фей…

Рассказ, то и дело прерывавшийся едкими комментариями и ценными советами "дяди", затянулся на два часа. Между делом, родичи успели перекусить в кафе, подобрать Димке новые ботинки, поскандалить с бомжами, претендующими на ту же скамейку, и отделаться от участкового, прицепившегося к грязной и потрёпанной одежде путника.

Странник извёлся от нетерпения. Это же пытка — оказаться в нескольких минутах хода от Катеньки, и не мчаться туда на полных парах! Но гадский "дядя" допрашивал едва ли не с пристрастием, и приходилось рассказывать. Мучительно обстоятельно, с множеством подробностей и деталей.

Родич между делом выцыганил по семени каждого вида, объяснив, что тесть его придушит, если упустит возможность притащить такую редкость; тщательно проанализировал и оценил каждый поединок воспитанника, зачастую в нецензурном виде, и глубоко задумался над словами Сиятельной Леди.

Но когда Димка наконец собрался к Кате, внезапно вновь придержал его:

— Погодь, отрок… Тут такая возможность появилась, а если ты любовь свою углядишь, толку от тебя уже не будет. Послушай…

Путник с лёгким холодком по спине вновь сел рядом, понимая, что смыться сейчас уже не удастся. Но слишком страшно было даже подумать о такой возможности. Отправиться не просто в другой мир, а в самое логово Тьмы, к немыслимо могущественному существу, истоку тёмного ключа. Чтобы именно там, у начала всех их неприятностей, наконец узнать, ключ или проклятье досталось их роду, и что делать с этим сомнительным наследием. Узнать правду. Победить проклятье. Уничтожить страх, сотни лет владевший родом…

— Знаешь, я хотел бы сначала увидеться с Катей, родителями…

— А время у тебя есть? Может, какой-нибудь очередной колдун уже вызывает, да и демон обязательно объявится, чтоб его подняло, да шлёпнуло, сволока! И снова чары свои прицепит!

Димка проглотил три первых, глубоко нецензурных предложения, и долго молчал, уже понимая, что "дядя" совершенно прав, но не в силах принять эту правду. Он так стремился обратно, так боялся не вернуться в родной мир — а сейчас должен вновь покинуть его.