|
В следующую секунду он почувствовал, что падает назад. В отворившиеся двери услужливо прибывшего на вызов грузового лифта. На какой‑то пластиковый контейнер с на редкость острыми углами. Последующие события он наблюдал из довольно сложного положения, пытаясь выкарабкаться из зазора между проклятым ящиком и стенкой лифта, в котором имели место еще трое, все в легких космических скафандрах и все трое с разрядниками Хоффа, взятыми наизготовку. Лезла в голову не совсем своевременная мысль о том, что наличие в происходящей истории оружия такого класса автоматически переводит инцидент в сферу действия Федеральных Органов Расследования. Тут пистолет в руке бандита ударил коротким злым огнем, и это была последняя ошибка, которую его владелец успел совершить в жизни.
Сразу три волновых пакета, выброшенные тремя разрядниками, игнорируя бронежилет, сделали свое дело. "Покойный был, видать, мерзавец, но такой смерти я ему не желал, – подумал Кай. – А с опознанием трупа будут проблемы..." Двери лифта закрылись, скрыв от глаза жуткое зрелище, и лифт двинулся куда‑то в технические отсеки. Секунд пять‑шесть было для оценки ситуации и партнеров. Один из них сосредоточился на своем левом плече, прошитом пулей "Парабеллума", второй помогал ему. Зато третий наклонился над Каем и протянул руку, помогая подняться. – Ну, если бы не вы, ребята... – начал Кай, решая в уме, пойдет ли делу на пользу демонстрация служебного жетона. Впрочем, это было все, что он успел сказать, а до взаимного представления дело вообще не дошло. Лифт остановился и любезно протянутая Федеральному Следователю рука мертвой хваткой взяла его за ворот куртки, а вторая столь же уверенно подхватила свою жертву в районе копчика, после чего Кай турманом вылетел в разверзшиеся двери – в отсек технических служб. "Где‑то на этом уровне штаб внутренней охраны, – сообразил Кай, поднимаясь с четверенек. – Очень кстати. Однако, если за следующим углом снова торчит вооруженный придурок, недолго будет и превысить меру самообороны. Слишком забористый вечер выдался." Относительно положения дел за следующим поворотом коридора он как в воду глядел. Правда, в этот раз навыков, полученных на регулярных тренировках личного состава, оказалось вполне достаточно. Сиганувший на него со спины тип был переброшен через корпус и обезоружен рутинным набором приемов. Уперев в спину задержанного у него же отнятый "Таран", Кай погнал пленника в том направлении, где предположительно гнездилась охрана лайнера. По дороге он свободной рукой извлек на свет божий свой жетон и выставил его вперед на манер святого образка. Что было сделано вовремя, – когда он втолкнул задержанного в блок внутренней охраны, навстречу им вскинулось по меньшей мере три ствола. – Может, вы все‑таки оставите в покое нашего сотрудника, инспектор... или извините, не разберу вашей должности? – спросил после естественной паузы седой офицер с короткой нашивкой "ШЕФ" на комбинезоне. – А ты чего не поделил с этим господином, Тоби? – Мы как‑то не успели представиться друг другу, – сухо заметил Кай. – Видите ли, это уже третий парень, который за последние десять минут основательно приложился к моей персоне. А вообще‑то я не инспектор, а следователь пятой категории. Сейчас в отпуске. На экране за спиной шефа охраны возникло лицо капитана лайнера, несколько менее симпатичное сейчас, чем на фото в рекламном буклете "Космотрека". – Что там у вас, Ганс? – нервно спросил он. – Ничего страшного. Тут на борту объявился легавый и слегка сцепился с нашим сотрудником. Паренек не разобрался в ситуации... Присутствовавшая при сем и ранее индифферентная медсестра сурового вида вернула свое оружие в кобуру и, не говоря лишних слов, стала прилаживать Каю на рассеченную скулу ярко‑алую нашлепку регенерирующего биогеля. |
