Вообще-то она этого не говорила.

— Они прекрасны.

— Прекрасные цветы для прекрасной дамы.

Эти банальные комплименты плачевно сказались на ее профессионализме, по животу разлилась волна тепла, и ей захотелось свернуться калачиком в обнимку с телефоном.

— В карточке сказано, что у вас есть для меня работа.

— Предложение, — поправил он.

— Какое предложение?

— Я бы хотел его обсудить при встрече.

А она бы хотела обсудить все по телефону, чтобы лишний раз не отвлекаться на его потрясающее тело.

— Как насчет того, чтобы встретиться сегодня в моем офисе?

— Я надеялся, что ты сможешь прийти ко мне домой. Когда тебе удобней?

— Прийти домой… — Элизабет даже и не знала, что ответить.

— А разве ты не приходишь к клиентам, планируя для них мероприятия на дому?

— Ты хочешь, чтобы я устроила для тебя вечеринку? — с облегчением уточнила она.

— Конечно, — удивленно подтвердил Рорк. — А что еще мне, по-твоему, могло понадобиться?

И как только в человеке умещается столько высокомерия?

Элизабет сомневалась ровно пять секунд, а потом напомнила себе, что речь идет о деле и ей уже приходилось сталкиваться с такими непростыми клиентами. А то, что он чертовски привлекателен и опасен, еще не повод сходить по нему с ума. Очередной клиент — и ничего больше.

— Через полтора часа, — ответила Элизабет, но сразу же пожалела о своих словах. Глупо бороться с мужчиной за власть, когда от одной его улыбки у тебя подкашиваются ноги.

— Я напишу адрес.

Ровно без одной минуты десять Элизабет уже стояла перед его домом в Сохо в серебристо-голубом вязаном платье. Отличный цвет, подчеркивает золотистые волосы и синие глаза. И вселяет уверенность, которая сейчас ей нужна как никогда.

И теперь, облачившись в любимое платье, Элизабет замерла в ожидании мужчины, которому удалось легко и непринужденно нарушить ее строжайшее правило — не заглядываться на плохих парней. Но вот дверь открылась, и на пороге застыл Рорк в джинсах и рубашке, подчеркивающих его мужественную красоту.

— Элизабет, — выдохнул он, да так, как пристало бы только любовнику, — ты еще прекрасней, чем мне казалось.

Черт. От этих слов ее сердце затрепетало, как у танцовщицы на премьере.

— Заходи, — пригласил он, не обращая внимания на ее суровый вид.

Все оказалось, как она и ожидала, и даже лучше. Потолки высотой в три с половиной метра, огромные стрельчатые окна, кирпичные стены, деревянные полы. Жилая зона оказалась такой огромной, что в ней помещались три отдельные группы диванов и кресел.

— Неплохо, — пробормотала Элизабет, вспоминая ту коробку, в которой ей приходилось жить. — Отличное место для вечеринки, сколько будет гостей?

— Около сотни.

— А когда состоится сама вечеринка?

— Думаю, в следующую субботу.

— Значит, у нас совсем немного времени.

Элизабет задумалась, вспоминая запланированные дела. Так, тем же вечером состоится десятая годовщина свадьбы Хендерсенов, для нее уже все готово, но Бренда сама со всем не справится…

— Если есть какие-то неудобства, то я с радостью их компенсирую.

— А в честь чего будет эта вечеринка? — улыбнулась Элизабет.

— В честь помолвки.

— Как мило. А кто эта счастливая пара?

— Мы.

— Что — мы? — Элизабет непонимающе уставилась на него своими огромными голубыми глазами.